Большая белая цапля / Casmerodius albus (Linnaeus, 1758)

Название вида:Большая белая цапля
Латинское название:Casmerodius albus (Linnaeus, 1758)
Английское название:Great white heron, great egret
Французское название:Grande aigrette
Немецкое название:Silberreiher
Латинские синонимы:для подвида albus: Ardea egrettoides S.G. Gmelin., 1774; Ardea garzette major Boddaert, 1783; Ardea egretta Bechstein, 1793, nec Linnaeus; Herodius Candida C.L. Brehm, 1824; Lepterodas flavirostris Hemprich et Ehrenberg, 1828; Egretta alba (Linnaeus, 1758); Egretta orientalis Bonaparte, 1832; Erodius victoriae MacGillivray, 1832
Отряд:Аистообразные (Ciconiformes)
Семейство:Цаплевые (Ardeidae)
Род:Цапли (Casmerodius Gloger, 1842)
Статус:Гнездящийся мигрирующий, частично зимующий вид.

Общая характеристика и полевые признаки

Крупная птица размером с серую цаплю с длинной тонкой шеей, длинными клювом и ногами. Длина тела 85-102 см, размах крыльев — 140-170 см, вес до 1,5-2 кг. Оперение чисто белое, клюв в гнездовой период чёрный с жёлтым основанием, в зимнем наряде — жёлтый. Голень желтоватая, цевка и пальцы чёрно-бурые. В полете, как и большинство других цапель, складывает шею. Молчалива. От вспугнутой цапли можно услышать характерный раскатистый треск «крр-рр-ра». Встречается, обычно, на берегах водоёмов, лугах, пастбищах, болотах.

От серой цапли отличается белой окраской оперения, более «изящными» контурами, от малой белой — величиной (почти вдвое крупнее). На большом расстоянии по размеру легко спутать с другими белыми цаплями. От малой белой можно отличить по более тяжёлому полёту с меньшей частотой взмахов крыльев, более стройному телу и длинной шее, чёрным пальцам; в негнездовой период также по жёлтой окраске клюва. От средней — по более длинным клюву и шее. От обоих этих видов, а также жёлтоклювой цапли — по отсутствию в брачный период гривы из узких перьев на зобе (перья здесь лишь немного удлинены). У большой белой цапли, в отличие от средней, угол рта заканчивается не под глазом, а заходит намного дальше. В полёте ноги выступают назад дальше, чем у более мелких белых цапель. Хорошо отличается по голосу: у малой и средней белых цапель это не треск, их позывы больше похожи на «кваканье» кваквы. От изредка встречающихся альбиносов серой цапли большая белая отличается более длинной и тонкой шеей, менее массивной головой с более длинным и тонким клювом, более тёмными ногами (Cramp, 1977; Beaman, Madge, 1998).

Голос. Летящие или кормящиеся птицы кричат редко. Крик похож на раскатистое «крр-рр-ра» или «крраак». На колонии можно услышать громкие каркающие звуки: «рра», «аррп». «Приветствие» на гнезде звучит как «рррооо-рррооо» (Bauer, Glutz von Blotzheim, 1966). Крик птенцов в гнезде, выпрашивающих корм, напоминает «чечётку» птенцов серой цапли: «ке-ке-ке» или «че-че-че».

Описание

Окраска. Самец и самка в брачном наряде. Оперение чисто белое. Перья на затылке и зобе немного удлинены. На спине до 30-50 рассученных и сильно удлинённых плечевых перьев (эгреток) длиной до 50 см, они заходят за хвост и несколько свисают с боков тела. Клюв чёрный с жёлтым, реже — красновато-жёлтым основанием. Голая уздечка и кольцо вокруг глаза зелёные или жёлто-зелёные. Голень жёлтая или розовато-жёлтая, по бокам этот цвет заходит и на бока цевки в виде узких полос. В разгар брачного периода жёлтые участки ног становятся красноватыми (у дальневосточных птиц до ярко-красных). Цевка и пальцы обычно черноватые, но их окраска может варьировать от зеленовато-серой до чёрной. Окраска ног в целом может изменяться от преимущественно чёрной (западные особи) до преимущественно жёлтой (дальневосточные особи). Радужина жёлтая. У самки удлинённые перья несколько короче, чем у самца.

Самец и самка в зимнем наряде. Отличаются отсутствием эгреток и удлинённых перьев на затылке и зобе. Некоторые плечевые перья имеют эгреткообразные рассученные верхушки. Клюв жёлтый.

Пуховой наряд. Пух чисто белый, на затылке несколько удлинённый, образует подобие хохолка. Кожа вокруг глаза, подбородок и горло голые, серовато-телесного цвета, клюв и ноги телесного или рогового цвета, иногда с желтоватым оттенком.

Гнездовой наряд. По окраске сходен со взрослым зимним нарядом.

Строение и размеры

Размеры птиц (мм) без разделения на половые группы таковы. По Украине: длина крыла от 403 до 440, хвоста — 158-184, клюва — 121-131, цевки — 180-209 (Смогоржевський, 1979); по Казахстану: длина крыла — 410-470, хвоста — 175-200, клюва — 115-143, цевки — 165-212 (Долгушин, 1960). В целом по прежней территории СССР (п = 14): длина крыла — от 412 до 465, в среднем — 437,8 (Спангенберг, 1951).

Таблица 25. Размеры (длина крыла, хвоста, клюва и цевки)
самцов и самок больших белых цапель из разных регионов (в мм)
Часть тела Самцы Самки Источник
nlimMnlimM
Европа
Крыло12410–465400–450Witherby, 1943
Хвост140–185140–185Witherby, 1943
Клюв110–135110–132Witherby, 1943
Цевка170–215170–215Witherby, 1943
Украина, Юг Запорожской области. Молодые (imm.) птицы
Крыло2440,05418,0Фурманова, 1998
Хвост2164,05157,8Фурманова, 1998
Клюв2123,55113,6Фурманова, 1998


По Украине (на основании коллекционных материалов Зоологического музея Киевского национального ун-та) (п = 9): длина крыла — 410-458, в среднем — 436,4±5,2; хвоста — 149-181, в среднем — 166,3±4,3; клюва — 121-131,4, в среднем — 125,6±1,1; цевки — 185-213, в среднем — 197±3,7 мм (ориг.).

Молодые особи имеют несколько более короткие крылья и хвост, дорастание маховых и рулевых перьев идёт в течение первых 5-10 месяцев жизни (Фурманова, 1998).

Формула крыла (не считая рудиментарного первого махового) II-III-IV-I-V-VI. На внешних опахалах II–IV и на внутренних опахалах I–III первостепенных маховых есть вырезки. Хвост слегка закруглён. Рулевых — 12. Клюв крепкий, заострённый на конце. Режущий край его слегка зазубрен. Ноги относительно длиннее, чем у видов Egretta и Ardea (Cramp, 1977). Вес 3 особей подвида С. a. albus — 960-1 680 г (Bauer, Glutz von Blotzheim, 1966). В течение года вес может существенно изменяться. Так, у цапель, добытых на юге Запорожской обл., летом вес составлял 1 600-1 700 г, осенью и зимой — 2 000-2 100 г. Увеличение веса идёт прежде всего за счёт накопления жировых отложений (Фурманова, 1998).

Площадь опоры ног у большой белой цапли составляет 20,86 см2, весовая нагрузка — 43,14 г/см2 (Фурманова, 1998).

Линька

У молодых птиц частичная постювенильная линька происходит в августе-ноябре первого года жизни. В это время сменяется мелкое оперение. Маховые перья линяют весной следующего года. У взрослых птиц частичная предгнездовая линька в декабре-мае и полная послегнездовая — в августе-ноябре, первостепенные маховые сменяются нерегулярно. Украшающие перья начинают выпадать уже в начале гнездового сезона (Bauer, Glutz von Blotzheim, 1966; Stresemann, Stresemann, 1966; Cramp, 1977). В Крыму эгретки сбрасывают в мае. Линька мелкого оперения начинается в конце июня (Костин, 1983).

Подвидовая систематика

Выделяют 3-4 подвида (Martinez-Vilalta, Mods, 1992; Howard, Moore, 1998; Dickinson, 2003; Степанян, 2003), различающихся размерами, особенностями оперения, окраской клюва и ног. В Вост. Европе и Сев. Азии обитает один:

1.Casmerodius albus albus

Ardea alba Linnaeus, 1758, Syst. Nat., ed. 10, c. 144, Швеция.

Наиболее крупная форма. Длина крыла самцов 410-485, цевки 170-215, клюва 117-140 мм (Степанян, 2003). Встречается от Юж. Европы и Голландии до Приморья и Сев. Японии, на юг доходит до Турции, Ирана, Афганистана, Монголии, Китая и Японии.

Для прочих регионов описаны также С. о. melanorhynchos (Wagler, 1827) (2) — встречается в Африке к югу от Сахары и на Мадагаскаре, С. a. egretta (J.F. Gmelin, 1789) (3) — подвид распространён в Америке от юга Канады до Патагонии (Спангенберг, 1951; Bauer, Glutz von Blotzheim, 1966; Howard, Moore, 1980). Формы, обитающие в тропической и Вост. Азии, в Австралии и Океании и традиционно включаемые в состав этого вида, отнесены в настоящем издании к виду Casmerodius modestus.

Замечания по систематике

Традиционно большую белую цаплю относили к роду Egretta (напр., Спангенберг, 1951; Cramp, 1977; Howard, Moore, 1980; del Hoyo et al., 1992; Степанян, 2003). Внутри этого рода большая белая цапля обособлялась на уровне подрода Casmerodius Gloger, 1842 (Степанян, 2003). Однако было показано, что по ряду признаков, в частности, строению скелета, структуре ДНК, поведению, большая белая цапля стоит ближе к роду Ardea, чем Egretta (Bauer, Glutz von Blotzheim, 1966; Sheldon, 1987; McCracken, Sheldon, 1998), поэтому многие систематики повышают ранг подрода Casmerodius до самостоятельного рода, (напр. Grimett et al., 1998; Robson, 2000; Brazil, 2009) или даже включают этот вид в род Ardea (напр. Dickinson, 2003). Учитывая ряд существенных отличий большой белой цапли от цапель рода Ardea (характерные для цапель рода Egretta белое оперение, сезонная смена окраски неоперённых частей тела, наличие рассученных эгреток, а также характер вокализации, непохожий на вокализацию цапель обоих родов), в настоящем издании принято «компромиссное» решение, и этот вид выделен в род Casmerodius (со сменой женского рода видового названия alba на мужской albus).

В широком смысле вид С. albus включает также азиатско-австралийскую форму modesta (modestus), однако симпатрия этой формы и номинативной albus на юге Приморья при разнице в сроках и особенностях гнездования, а также отсутствии видимой гибридизации не позволяет считать данные формы конспецифичными. Ряд исследователей выделяют азиатско-австралийскую форму в самостоятельный вид Casmerodius modestus {Egretta modesta) (Глущенко и др., 2003; Коблик и др., 2006). Очевидно, следует также принимать во внимание различия в окраске ног западных и дальневосточных популяций С. albus и различия в размерах и окраске ног тропических и японско-дальневосточных популяций С. modestus. Исследования по установлению таксономического статуса отдельных форм, а также родовой принадлежности всего комплекса «больших белых цапель» должны быть продолжены.

Распространение

Гнездовой ареал. Большая белая цапля — вид-космополит, широко распространённый в тропическом и умеренном поясах. Она встречается на всех континентах, кроме Антарктиды и Австралии; в тропической Азии, очевидно, только зимует, будучи замещена здесь на гнездовье близким видом — южной белой цаплей (рис. 62).

Рисунок 62. Область обитания большой белой цапли:

Рисунок 62. Область обитания большой белой цапли:
а — районы гнездования, б — места зимовок. Подвиды: 1 — С. a. albus, 2 — С. a. melanorhynchus, 3 — С. a. egretta.



В Евразии распространена от юга Испании до Приморья и Японии. В Зап. и Центр. Европе спорадически встречается на гнездовании на север до Голландии и Польши. В Вост. Европе северная граница её ареала простирается до южной Белоруссии, Брянской, Тамбовской, Самарской обл.; далее на восток она проходит примерно по 56° с.ш., затем отклоняется южнее к 54° с.ш., проходит вдоль восточных границ Казахстана, через Сев. Монголию, Приамурье. На юг в Азии доходит до Турции и Юж. Ирана. В Африке распространена от границы Сахары до ЮАР и Мадагаскара. В Америке обитает от юга Аргентины до юга Канады, а также на Б. и М. Антильских о-вах (Cramp, 1977; Martinez-Vilalta, Motis, 1992; Степанян, 2003).

Ареал большой белой цапли на протяжении последних 150 лет претерпел значительные изменения. В прошлом эта птица была распространена достаточно широко. В середине XIX в. её ареал доходил на север до нынешней Львовской (Dzieduszycki, 1896; Страутман, 1963) и Тернопольской (Бокотей, Соколов, 2000) обл., районов Умани (Goebel, 1879), Харьковской губернии (Сомов, 1897), Сарпы, низовий Урала и Эмбы (Мензбир, 1895).

Из-за моды на украшения из перьев во второй половине XIX в. началось истребление многих видов белых цапель, достигшее пика на рубеже веков. В результате на значительной части своего ареала большая белая цапля была полностью истреблена. В Сев. Евразии немногочисленные поселения сохранились лишь в самых труднодоступных местах, в основном в плавнях низовий крупных рек. Так, в Молдавии считанные особи уцелели только в низовьях Днестра и Прута (Аверин и др., 1971). Почти полностью были истреблены белые цапли на юге Украины, в дельте Волги и в Казахстане.

После запрета добычи белых цапель в СССР в 1920-е гг. численность и ареал начали постепенно восстанавливаться, однако на протяжении нескольких десятилетий это происходило весьма медленно. Ещё Е. П. Спангенберг (1951) отмечал, что во многих частях её прежнего ареала в СССР большая белая цапля остаётся редкой птицей. В середине XX в. в Молдавии она гнездилась только в низовьях Прута и Днестра, на территории Украины относительно крупные колонии существовали в низовьях Дуная, Днестра, Днепра, на Молочном лимане в Запорожской обл. Севернее отмечали лишь редкие случаи гнездования, в основном отдельных пар (Смогоржевский, 1959). Дальше на восток граница ареала проходила через низовья Дона, Сарпинские озёра в Поволжье, низовья Урала (Спангенберг, 1951). В Казахстане — от Камыш-Самарских озёр через Тургай и Кургальджинскую впадину к Зайсанской котловине (Долгушин, 1960; Ковшарь, Березовиков, 2001). В Сибири большая белая цапля гнездилась в Юж. Забайкалье, в Приморье. Но была обычной только в южной его части (Спангенберг, 1951).

По Л. C. Степаняну (1975), северная граница ареала большой белой цапли проходила в Центр. Европе примерно по 48-й параллели, в европейской части СССР она гнездилась до 49-й параллели, в долинах Волги и Урала, Волго-Уральском междуречье, бассейнах Иргиза и Тургая — до 50-й, в Сев. Казахстане — до 51 -й широты, восточнее — до Зайсана, долины Чёрного Иртыша, сев.-зап. Монголии, долины Аргуни, среднего течения Амура. В Приморье предположительно гнездилась до 46-й параллели.

Во второй половине XX столетия наметились как рост численности, так и расселение большой белой цапли. В начале 1970-х гг. отмечен рост численности и расселение на новые территории в Венгрии (Schmidt, 1977). Число гнёзд здесь возросло с 5-6 до 700 (Bauer, Berthold, 1997). В 1978 г. зарегистрирован первый случай гнездования этой птицы в Нидерландах (Munteanu, Ranner, 1997). В 1993 г. пара гнездилась в Баварии (Bezzel, 1994).

В Латвии пара предположительно гнездилась в 1977 г. на оз. Энгуре (Тауриныи, 1983), однако в 1980-84 гг. в гнездовой период здесь наблюдали лишь одиночных птиц (Приедниекс и др., 1989). Попытки гнездования возобновились через 20 лет: в 1997 и 1999 гг. Отмечали гнездование смешанной пары с серой цаплей (Baumanis, Kalniijs 1997; Lipsbergs, Roze 2001), в 2000 г. загнездилась уже нормальная пара (Lipsbergs et al., 2001). В 1997 г. гибридная пара вывела 4 птенцов (Baumanis, 1997). В это же время происходит рост численности и расселение вида в странах СНГ. Причём идёт как расселение внутри ареала, так и продвижение его границы на север.

В Крыму до 1970-х гг. большая белая цапля была редкой пролётной, спорадически летующей и зимующей птицей. Ситуация изменилась после строительства Северо-Крымского канала в 1960-х гг. Уже в 1967-1968 гг. на опресняемых мелководьях возле Лебяжьих о-вов у северо-западного побережья Крыма летовки белых цапель стали регулярными, число птиц на послегнездовых кочёвках выросло от единиц до десятков. В 1970 г. на Лебяжьих о-вах загнездилась первая пара. Численность гнездящихся птиц всё время увеличивалась, уже в 1976 г. тут насчитывали 424 пары. Цапли расселялись и по другим районам Крыма (Костин, 1983). Для орошения полей началось отведение дренажных вод в Сиваш, что вызвало коренное преобразование биотопов. На месте солоноводных и гиперсолёных водоёмов с крайне бедной растительностью образовались пресноводные болота с плавневым комплексом растений. Первая колония большой белой цапли на Вост. Сиваше была обнаружена в 1978 г., в 1983 г. было уже 7 колоний, в которых гнездилось 153 пары (Гринченко, 2004).

В Молдавии с 1981 г. вид регулярно стал гнездиться на прудах Кагульского рыбокомбината (Куниченко, Гусан, 1992). Сейчас цапля гнездится также на прудах в южной и центральной частях страны (Куниченко, Гусан, 2001) и на среднем Днестре (Зубков и др., 2001).

В западных областях Украины большая белая цапля гнездилась в XIX в. (Dzieduszycki, 1896; Страутман, 1963; Грабар, 1997; Бокотей, Соколов, 2000). В последний раз она была обнаружена на гнездовании в 1925 г. в Тернопольской обл. (Храневич, 1926). В дальнейшем более полувека встречались лишь залётные и летующие особи (Страутман, 1963; Скильский и др., 2001). В 1985 г. 4-5 пар загнездились в колонии серой цапли и кваквы возле одного из рыборазводных прудов в Черновицкой обл. Во второй половине 1980-х — начале 1990-х гг. были обнаружены ещё две колонии в Черновицкой обл. (Скильский и др., 2001, 2001). В 1994 г. найдена колония на пруду в Львовской обл. (Чорненька, 1998), в 1990 г. 3 пары загнездились в колонии серой цапли на оз. Любязь в Волынской обл., в 1994 г. здесь было уже 11 пар, в 1997 г. — 23-25 пар (Горбань, Фладе, 2000).

В Приднепровье первый этап расселения большой белой цапли на север начался после создания каскада водохранилищ в 1950-70-х гг. Область её обитания продвинулась до верховий Киевского вдхр., где в тростнике гнездилось более 100 пар. В 1980-х гг. началось расселение вверх по долинам левобережных притоков Днепра — Сулы, Пела, Ворсклы, Десны (Гаврись, 1994). Несколько раньше, после создания Днепродзержинского вдхр. в начале 1960-х гг., птицы поднялись по долине р. Орели до южных районов Харьковской обл. (Лисецкий и др., 1980; Ткаченко, 1987; Есилевская и др., 1988). В пойме Десны в середине 1980-х гг. появились небольшие поселения в колониях серых цапель на севере Сумской и Черниговской обл. (Афанасьев, 1998). В Сумской обл. большую белую цаплю добывали в XIX в. у г. Сумы, но с тех пор её здесь не встречали вплоть до конца 1970-х гг. С 1980-х гг. начали появляться очаги гнездования в поймах Сулы, Ворсклы, Сейма и других рек (Кныш, Сыпко, 1994). С 1984 г. стали отмечаться ежегодные залёты в междуречье Десны и Неруссы на юге Брянской обл., а в 1994 г. найдены два гнезда в колонии серой цапли в низовьях Неруссы (Лозов, 1998). В Среднем Приднепровье в последние годы продолжается расселение, отмечено появление новых колоний (Гаврилюк и др., 2005).

В Белоруссии единичные случаи гнездования регистрировали в 1970-1980-х гг. в Брестской и Гомельской обл. (Долбик, 1985; Чырвоная книга, 1993); впрочем, достоверность этих данных подвергалась сомнению (Самусенко, Журавлев, 2000). В 1994 г. была обнаружена колония из 8 гнёзд в Гомельской обл. на р. Припять у границы с Украиной (Никифоров, 2001), в 1997 г. — две колонии в Брестской и Гомельской обл. (Самусенко, 1999). В последующие годы в бассейне Припяти выявлено ещё несколько колоний и предполагаемых мест гнездования (Абрамчук, 2003; Абрамчук, Абрамчук, 2005). Таким образом, граница ареала продвинулась значительно дальше на север.

На востоке Украины в конце XIX — первой половине XX в. большая белая цапля была распространена весьма спорадично. Одиночные гнёзда или небольшие поселения её отмечали лишь в бассейнах рек Орель и Самара, а также на Днепре. Регулярное гнездование наблюдается с 1970-х гг., происходит быстрое расселение вида (Гудина, 2003а). В Донецком Приазовье большая белая цапля начала гнездиться после длительного перерыва в начале 1980-х гг. (Завгородний и др., 1989). На Обиточной косе первое гнездование отмечено в 1981 г., когда в колонии серой цапли загнездились 2 пары. В 1983 г. здесь учтено уже 6 пар (Лысенко, Сиохин, 1991). В 1980-е гг. цапли расселяются в бассейне Северского Донца в Луганской обл. (Ветров и др., 1991). Вскоре после этого они появляются на гнездовании в чернозёмных областях России.

В Курской обл., после того как в 1926 г. под Курском было разорено одно из последних гнёзд, большая белая цапля встречалась лишь как залётный вид в поймах рек Сейм и Псёл. Только в 1990-х гг. она вновь появилась на гнездовании на рыборазводных прудах (Миронов, 1996, 1998). В Воронежской обл. в 1975-78 гг. две пары регулярно регистрировали в гнездовой период в устье р. Воронеж, в 1980-е гг. неоднократно отмечали залёты в разных частях области (Воробьев, Лихацкий, 1987; Соколов, 1999). В 1997 г. зарегистрировано гнездование двух пар в окрестностях г. Боброва (Соколов, Простаков, 1997), в последующие годы выявлено ещё несколько предполагаемых мест гнездования в поймах рек и на искусственных водоёмах (Соколов, 2005). В 1997 г. 1-2 пары гнездились в пойме Хопра у оз. Ильмень на северо-востоке Воронежской обл. (Венгеров и др., 2000). В 2002 г. около 10 пар отмечены на гнездовании на пруду совхоза «Победа» в Мучкапском р-не Тамбовской о6л. (Гудина, 20036). Возможно гнездование также в Липецкой обл. (Климов и др., 2004). В Поволжье ещё в середине XX в. большая белая цапля не гнездилась севернее Сарпинских озёр (Спангенберг, 1951). Однако уже в 1970-е и 1980-е гг. вид расселяется значительно дальше на север. В 1978 г. отмечено гнездование пары на Селитьбенском озере, а в 1982 г. — на Сурском вдхр. в Пензенской обл. (Денисов, Фролов, 1991; Фролов и др., 2001). Позднее, поселения появляются в верхней зоне Волгоградского вдхр. и на малых реках Саратовской обл. (Шляхтин и др., 1994; Беляченко и др., 2000; Морозов, 2000; Завьялов и др., 2005). Отмечено гнездование пары в Сусканском заливе Куйбышевского вдхр. в Самарской обл. (Лебедева, Пантелеев, 2000).

На Урале и в Зауралье с конца 1970-х гг. отмечаются залётные птицы, а через некоторое время белые цапли появляются на гнездовании. В Оренбургской обл. с 1979 г. с апреля по сентябрь регулярно встречали залётных и летующих птиц. Возможно, белые цапли уже тогда гнездились на некоторых озёрах на востоке области (Самигуллин, 1988). В 1990-х гг. гнездование было зарегистрировано уже в разных частях области (Самигуллин, 1990; Ковшарь, Березовиков, 2001). В Башкортостане гнездо в колонии серых цапель было найдено в 1996 г. в устье р. Белой (Карякин, 1998а). Появляются гнездовья в Челябинской обл. — в Октябрьском (Захаров и др., 2000) и Чесменском (Морозов, Корнев, 2002) р-нах. Современная численность вида в области оценивается в 20 пар (Гордиенко, 2006). В Тургайской депрессии на севере Казахстана по В.Ф. Рябову (1982) встречали лишь «бродячих» особей, но уже в 1981 г. белая цапля была обнаружена на гнездовании в Наурзумском заповеднике. (Гордиенко, 1987; Блинова, Блинов, 1997). В Курганской обл. большая белая цапля появилась на гнездовании в конце 1990-х гг. В настоящее время она обычна на границе с Тюменской обл. и на юге лесостепи, на остальной территории встречается спорадично, в северо-западных районах отсутствует (Тарасов, Поляков, 2006).

В Западной Сибири также отмечено продвижение гнездового ареала на север. Большая белая цапля появилась на гнездовании на юге Тюменской обл. В 2001 и 2002 гг. гнездящихся и предположительно гнездящихся птиц отмечали на озёрах в Бердюжском и Казанском р-нах (Морозов, Корнев, 20026; Гашев и др, 2003а, б). Возможно гнездование на оз. Алабо-та в Омской обл. (Морозов, Корнев, 20026). В Новосибирской обл. известно гнездование в районе системы озёр Чаны: с 1970-х гг. от одной до 12 особей почти ежегодно наблюдали на оз. М. Чаны и в его окрестностях, в 1998 г. две пары успешно гнездились на озере у с. Шелчиха в Здвинском р-не. В 1990-е гг. птиц неоднократно наблюдали на юге Новосибирского вдхр. (Юрлов, 2000). Возможно гнездование также на западе Алтайского края. Белые цапли встречаются по тростниковым займищам р. Кулунда, но характер их пребывания здесь пока не ясен (Петров, Торопов, 2000).

Дальше на восток в Сибири известны лишь залёты этих птиц. В верховьях Оби большая белая цапля — редкий залётный вид (Ирисова и др., 1999). Залетнх белых цапель отмечали в Томской обл. (Шастовский, Селевин, 1928; Гагина, Скалон, 2000), возле Анжеро-Судженска (Белянин, 2000) и Таштагола (Гагина, Скалон, 2000) в Кемеровской обл. В 1957 г. белая цапля добыта в верховьях Подкаменной Тунгуски (Сыроечковский, 1959; Сыроечковский, Рогачева, 1995). Залётных птиц наблюдали на оз. Беле в Хакасском заповеднике (Девяткин и др., 2000).

На востоке Казахстана большая белая цапля — редкий, но регулярно гнездящийся вид Зайсанской котловины и поймы Чёрного Иртыша (Березовиков, 2004), гнездится также в Алакольской котловине.

На Байкале и в Забайкалье большая белая цапля в настоящее время также лишь залётный вид. Залётных птиц отмечали в дельте Селенги и на оз. Таглей в Бурятии (Попов, Матвеев, 2005). По данным О. А. Горошко (личн. сообщ.), в благоприятные годы возможно гнездится на р. Аргунь. В Вост. Монголии гнездится на оз. Буйр-нуур, вероятно гнездится также на сопредельных территориях Китая. Вероятно гнездится в Верхнем Приамурье (Дугинцов, Панькин, 1993). В настоящее время большая белая цапля встречается в Амурской обл. по Амуру и Зее, возможно гнездование 3-5 пар (В. А. Дугинцов, личн. сообщ.). По данным В. Г. Бабенко (2000), в Нижнем Приамурье большая белая цапля совсем недавно была лишь редким залётным видом. В настоящее время в Еврейской АО она спорадически гнездится по Амуру. В 1997 г. гнездо было найдено ниже устья р. Биры, в 1999 г. в колонии было уже 3 гнезда. В 1999 г. пара обнаружена в колонии серой цапли ниже с. Амурзет (Антонов, 1999). В 2004 г. 3 гнезда найдены в колонии серых цапель и больших бакланов в Ленинском р-не в истоках р. Венцелевская. Всего в Еврейской АО возможно гнездование нескольких десятков особей, численность увеличивается, вид расселяется к северу (А.А. Аверин, личн. сообщ.). В 1997 г. отмечали гнездование в Хабаровском крае в Комсомольском заповеднике (Росляков, 2000).

На о. Сахалин, по данным П. И. Супруненко (1890, цит. по: Нечаев, 19916), большая белая цапля когда-то гнездилась на болотах и в долинах некоторых рек на юге острова. В настоящее время встречаются лишь залётные птицы (Нечаев, 1991).

В Закавказье большая белая цапля обычна лишь в Азербайджане. Гнездится в Грузии (Birds in Europe, 2004). В Армении встречается только во время миграций и на зимовке.

Таким образом, современная северная граница гнездового ареала большой белой цапли в Вост. Европе и Сев. Азии проходит через Юж. Белоруссию близ сев. границы с Украиной. Севернее есть небольшой изолированный очаг гнездования в Латвии. В России граница ареала идёт через юг Брянской обл. (низовья р. Неруссы), север Воронежской обл., юго-восток Тамбовской обл., северо-восток Пензенской обл., Сусканский залив Куйбышевского вдхр. в Самарской обл. В Предуралье — примерно по 56° с.ш.: устье р. Белой в Башкортостане, южнее Челябинска. На Урале и в Зап. Сибири — по северу Курганской обл., Бердюжскому и Казанскому р-нам Тюменской обл., затем отклоняется к 54° с.ш. — оз. Алабо-та в Омской обл. и район оз. Чаны в Новосибирской обл. Дальше граница ареала проходит на юго-восток через оз. Зайсан и Чёрный Иртыш, затем по границе с Монголией, по Аргу-ни и Амуру (рис. 63). В Нижнем Приамурье ареал доходит на север до 51° с.ш. С ареалом южной белой цапли в Приморье она граничит примерно по 44° с.ш., хотя не исключено здесь её аллопатрическое обитание с последней (Глущенко и др., 2003). Внутри обширной очерченной выше территории большая белая цапля распространена очень спорадично; остаются довольно большие участки, где вид на гнездовании не обнаружен.

Рисунок 63. Область распространения большой белой цапли в Вост. Европе и Сев. Азии:

Рисунок 63. Область распространения большой белой цапли в Вост. Европе и Сев. Азии:
а — гнездовой ареал, б — зимовки, в — изолированные гнездования.



Заметим, что в ходе расселения вид не только восстановил прежний ареал, но и значительно его расширил. Благоприятными для белых цапель оказались многие антропогенные изменения среды — создание водохранилищ и запруд на реках, рыборазводных прудов, прокладка каналов и обводнение аридных земель, расширение рисосеяния. Так, вверх по течению рек расселение началось после создания каскадов водохранилищ — как на Днепре (Клестов, 1991; Гаврись, 1994), так и на Волге (Рахимов, Уленгов, 2003). В Крыму большие белые цапли быстро распространились вдоль трассы Северо-Крымского канала уже во время проведения там работ (Костин, 1983). В Ставропольском крае создание обводнительно-оросительной системы значительно улучшило условия обитания многих водно-болотных птиц, в частности белых цапель (Бичерев, 1988). В Узбекистане благодаря образованию нескольких искусственных озёр большая белая цапля появилась на гнездовании в центральных и южных районах, где раньше встречалась только во время пролёта и зимовок (Шахназаров, 1995).

Рост численности и расселение большой белой цапли наблюдается не только в Евразии, но и в Сев. Америке (Martinez-Vilalta, Motis, 1992; Crozier, Gawlik, 2003).

Зимовки

Основные места зимовки евразийских популяций большой белой цапли находятся в Сев. Африке, на юге Европы, на Ближнем Востоке, в Юж. Азии, Китае (Спангенберг, 1951; Bauer, Glutz von Blotzheim, 1966; Cramp, 1977). Птицы из США зимуют в Калифорнии, Мексике, Центр. Америке, на островах Карибского моря (Martinez-Vilalta, Motis, 1992). Тропические популяции оседлы.

Птицы, окольцованные на Лебяжьих о-вах, в зимние месяцы обнаружены в Болгарии, Турции, Греции, Италии, Югославии, Грузии, а также в Краснодарском крае, Одесской обл. и в Крыму (Костин, Тарина, 2005). Цапли, окольцованные в Вост. Приазовье, найдены на зимовке в Греции, Сев. Ираке, Грузии, Израиле, Египте, Центральноафриканской Республике. Птицы из Ростовской обл. — в Дагестане, Краснодарском крае, Иране. Цапли из Дагестана и Азербайджана зимовали недалеко от мест гнездования. Две дагестанские особи обнаружены в 150 и 240 км южнее от места кольцевания, из 6 возвратов цапель из Кызыл-Агачского заповедника, 5 приходится на долину р. Куры в Азербайджане, одна птица найдена в низовьях Атрека в Туркмении (Сапетин, 1978а). Зимующих птиц отмечали также в ряде стран Центр, и Зап. Европы — в Румынии, Хорватии, Австрии, Нидерландах (Munteanu, Ranner, 1997), Словении (Vogrin, 1999), Польше (Piotrowska, 2003), Германии (Flore, Komer, Marzimeier, 1999).

В южных частях Вост. Европы и Сев. Азии большая белая цапля — обычный, хотя и немногочисленный, зимующий вид.

На юге Украины она достаточно обычна в мягкие тёплые зимы. Так, в январе 2001 г. 28 особей было учтено в Сев. Приазовье (Кошелев и др., 2002), 318 — на Сиваше (Андрющенко и др., 2003), 6 — в районе заповедника Аскания-Нова (Гавриленко, Думенко, Лопушанский, 2002), 4 — в районе Черноморского заповедника (Руденко, Яремченко, Москаленко , 2002), 194 — в Сев.-Зап. Причерноморье (Русев и др., 2002). В Крыму на зимовку остаются одиночные птицы или небольшие группы (Костин, 1983). На юж. берегу Крыма большая белая цапля зимует на заросших участках ручьёв и речек; обычно наблюдают одиночных птиц или группы до 5 особей (Бескаравайный, Костин, 1999). При значительных похолоданиях цапли отлетают южнее. В Молдавии белые цапли зимуют на незамерзающих участках Днестра, Прута, Турунчука и других рек, на Кучурганском лимане, прудах рыбхозов (Куниченко, Гусан, 1992; Куниченко, Тищенков, 1999; Зубков и др., 2004; Тищенков, 2004).

На территории Украины зимовки отмечаются и значительно севернее: в Летичевском р-не Хмельницкой обл. в 2000-2003 гг. от 5 до 25 особей зимовали в долине р. Юж. Буг и её притоков (Новак, 2003), одиночных особей и небольшие группы птиц наблюдали зимой возле г. Тернополя (Страшнюк, 2004), в Черкасской обл. (Гаврилюк, Грищенко, 2001), в окрестностях Киева (Давиденко, Сыпко, 2002; Костюшин, Полуда, 2005), в Луганской обл. (Панченко, Сулик, 1978).

Одну птицу наблюдали в феврале 2002 г. на р. Муховец в черте г. Бреста (Абрамчук, Абрамчук, 2005).

На Северном Кавказе большая белая цапля регулярно зимует на приморских низменностях у Адлера, реже по берегам рек. Изредка в зимнее время птиц отмечают на Зап. Маны-че. Одиночки и небольшие группы цапель, особенно в тёплые зимы, регулярно встречаются в бассейнах Кумы, Терека, Сулака, Самура, у лесных родников в Кизилюртовском р-не Дагестана, на водоёмах Чечни и Ингушетии. В Ставропольском крае, начиная с 1977 г. почти ежегодно в разных точках отмечали одиночных птиц и группы до 30-40 ос. Обычна белая цапля зимой в Сев. Осетии. Зимовка расположена на Брутских озёрах, где постоянно держится 80-140 ос. Одиночные встречаются и на других водоёмах, поднимаясь в предгорья. Изредка зимой белых цапель видели в Тебердинском и Кавказском заповедниках (Казаков и др., 2004). В январе 2004 г. на берегу Каспия в Дагестане и в приморских водоёмах учтено 155 больших белых цапель (Джамирзоев, Исмаилов, 2004). Отмечали и случаи зимовки в дельте р. Урал (Березовиков, Гисцов, 2001).

Большая белая цапля обычна на зимовке в Азербайджане, встречается на многих водоёмах страны (Спангенберг, 1951; Смогоржевський, 1979; Султанов, Джаббарова, 2006). В Армении зимующих птиц отмечали в долине р. Араке и в бассейне оз. Севан. Всего в Араратской равнине, по данным М. С. Адамяна, зимует 250-1 000 этих птиц.

В Туркменистане белые цапли зимуют в небольшом количестве на р. Атрек и в предгорной полосе возле Ашхабада (Спангенберг, 1951). В 1978-1986 гг. численность зимующих на юго-востоке Туркменистана птиц колебалась от 71 до 499 особей (Молева, Рустамов, 1986). Зимующих белых цапель отмечали на юге Казахстана (Долгушин, 1960; Белялов, Карпов, 2004), в Узбекистане (Сагитов, 1987; Лукашевич, 1990), Кыргызстане (Шукуров, 1981; Кулагин, 2005), Таджикистане (Иванов, 1940), в бассейне р. Тарим в Китае (Судиловская, 1968).

В зимний период белых цапель отмечали и значительно севернее границы гнездового ареала. Так, одна из них зимовала на незамерзающем участке Шершневского вдхр. у г. Челябинска с 19 декабря 1985 г. до 31 марта 1986 г. (Гордиенко, 1987). В декабре 1996 г. одна птица появилась на незамерзающих Выбутских порогах на р. Великой выше Пскова и оставалась там до третьей декады февраля. В марте 1997 г. одна особь две недели держалась в черте Пскова на незамерзающих участках рек Мирожки и Псковы. Здесь, ослабевшая за зиму птица, была разорвана бродячими собаками (Фетисов, 1998).

Область пролёта

Для большой белой цапли характерны дальние залёты. Чаще всего залётных птиц наблюдают во время миграций и послегнездовых кочёвок, но могут встречаться и летующие особи в гнездовой период. Известны залёты для Эстонии (Leibak, Lillerht, Vero-mann, 1994). В России залётных белых цапель отмечали во многих областях, расположенных гораздо севернее границы гнездового ареала — от Псковской (Фетисов, 1998; Фетисов, Иванов, 2003) и Ленинградской обл. (Мальчевский, Пукинский, 1983; Ковалев, 2001) до Камчатки (Lobkov, 1997). На север птицы могут проникать до Северного полярного круга. Наиболее северные находки залётных белых цапель — оз. Лача в Каргопольском р-не Архангельской обл. (Андреев, 2004), р. Печора в Республике Коми (Нейфельд, Теплов, 2000), окрестности г. Салехарда (Азаров, 1996), Беринговский р-н Чукотки.

На западе Украины залёты белых цапель заметно участились с конца 1970-х гг. (Гор-бань, Фладе, 2000). В Латвии в 1990-х гг. ежегодно отмечали лишь единичные случаи залётов, в 2000 г. учтено 13 птиц, а в последующие три года — уже десятки особей. В 2004 г. здесь зарегистрировали 342 птицы, большинство из них — во второй половине лета (Celmis, 2004).Повышение частоты встреч залётных птиц отмечается и во многих регионах России (Lobkov, 1997; Приклонский и др., 1998; Рахимов, Уленгов, 2003).

В Зап. Европе время от времени зимой регистрируют залёты больших белых цапель с красными ногами и чёрной окраской клюва. Считается, что это могут быть Е. modesta. Поскольку визуальные наблюдения не дают возможности однозначно судить об их видовой принадлежности, такие встречи относят к группе «modesta-type». Отмечались такие птицы и в Вост. Европе. Так, О. А. Форманюк (личн. сообщ.) 6 ноября 2005 г. в низовьях Тилигульского лимана в Одесской обл. в группе больших белых цапель наблюдал одну особь с красными ногами и чёрным клювом.

Миграции

По данным кольцевания, направления миграций неодинаковы у разных популяций. Большие белые цапли из Приазовья мигрируют как на юго-запад через Балканы и Сицилию, так и на юго-восток через Зап. Закавказье и Переднюю Азию. Цапли с Маныча частично улетают через Предкавказье в область Каспийского моря и в Иран (Сапетин, 1978). Фенология. Большая белая цапля принадлежит к рано прилетающим видам. Первые птицы могут появляться, ещё когда водоёмы покрыты льдом, но в целом прилёт довольно растянут. В Вост. Европе его регистрируют с конца февраля до первой половины апреля. В южных районах первые особи могут регистрироваться и раньше.

Так, на Лебяжьих о-вах в 2003 г. прилёт отмечен ещё 7 февраля (Костин, Тарина, 2004). В 1958 г. на Маныче первые цапли были встречены 18 февраля (Олейников, Гончаров, 1967). Средние сроки прилёта в разных регионах приходятся на март — первую декаду апреля. Отклонение от средних дат составляет обычно 11-14 дней (табл. 26). По мере продвижения на север и в глубь континента сроки прилёта смещаются на более поздние. Так, в Саратовской обл. цапли прилетают лишь в первой половине апреля (Завьялов и др., 2005). В южной части Белорусии первых птиц отмечают в конце марта — начале апреля, наиболее ранняя регистрация — 6 марта 2002 г. (Абрамчук, Абрамчук, 2005). В дельте Волги первые птицы появляются в конце февраля, в некоторые годы даже раньше. В первой декаде марта идёт интенсивный пролёт стаями до 200 особей (Луговой, 1963). По наблюдениям Е. П. Спангенберга (1951), под Ленкоранью численность цапель начинает возрастать с конца февраля, интенсивный пролёт идёт в марте и заканчивается к концу этого месяца.

Таблица 26. Сроки прилёта большой белой цапли в Вост. Европе и Сев. Азии
Регион n M SD Lim Источник
Южная Украина 9 5 марта 14,3 7 февраля — 25 марта Лысенко, 1992; Корзюков, 1996; Бескаравайный, 1999; Костин, Тарина, 2004
Западная Украина 16 23 марта 13,5 24 февраля — 12 апреля Скильский и др., 20016; Капелюх, Гузш, 2000; Новак, 2002
Центральная Украина 32 22 марта 12,8 27 февраля — 17 апреля Шакула, Ткаченко, 1986; Роговой, 1992; Очеретный, 1998; Грищенко, Гаврилюк, 2000; Слюсар, 2000; Гаврилюк, 2002; (ориг.)
Северная Украина 16 2 апреля 14,6 26 февраля — 23 апреля Марисова и др., 1991; Головушкин, 1992; Книш, 1992; Афанасьев, 1998; Полюшкевич, 1998; Домашевский, 2002
Молдавия 8 20 марта 3,4 17 марта — 25 марта Аверин и др., 1971, Тищенков, 2004
Северный Кавказ 9 13 марта 11,8 18 февраля — 2 апреля Олейников, Гончаров, 1967; Казаков и др., 2004
Кургальджино, Казахстан 8 8 апреля 9,4 Сема, 1989
Окр. Алма-Аты, Казахстан 4 10 марта 6,5 Сема, 1989
Сихотэ-Алинский заповедник, Приморский край 9 13 апреля 11,9 21 марта — 25 апреля наблюдения С. В. Елсукова


Отлёт зимующих птиц с приморских низменностей у Адлера наблюдается в конце апреля (Казаков и др., 2004).

В азиатской части ареала сроки прилёта сильно различаются в зависимости от региона. В Узбекистане весеннее движение цапель к местам гнездования начинается в конце февраля — начале марта (Шахназаров, 1995). Наиболее ранняя дата прилёта в дельте Аму-Дарьи — 22 февраля 1989 г. (Лукашевич, 1990). В Казахстане в Илийской долине белая цапля появляется в некоторые годы уже в конце февраля, но чаще в первой половине марта; в дельте Или и низовьях Сыр-Дарьи — во второй половине марта, в низовьях Иргиза — в конце марта — апреле (Долгушин, 1960). По восточному побережью Каспия пролёт наблюдается в марте (Спангенберг, 1951). На Нижнем Амуре весной большие белые цапли встречаются со второй декады апреля (Бабенко, 2000). В Сихотэ-Алиньском заповеднике, первых птиц наблюдают в третьей декаде марта — апреле. Наиболее ранние встречи на Ханке датированы 9 марта 2004 г., 14 марта 1992 г., 15 марта 2001 г., 16 марта 1994 г., 18 марта 1998 г. и 23 марта 1973 г.; основное население местных колоний пребывает в последних числах марта и в первой декаде апреля, а транзитный пролёт продолжается до середины апреля (сообщение Ю. Н. Глущенко).

Отлетает большая белая цапля поздно. В разных областях Украины, Молдавии, Казахстана последних птиц наблюдают в сентябре-ноябре. Средние сроки последних встреч приходятся на конец сентября — начало ноября. Отклонение от средних дат осенью значительно больше, чем весной — 16-20 дней (табл. 27). В Белоруссии последних птиц наблюдают в конце сентября-октябре. Наиболее поздняя регистрация — 21 октябя 2003 г. (Абрамчук, Абрамчук, 2005). На Сев. Кавказе отлёт на зимовку начинается в сентябре, заканчивается в октябре-ноябре (Казаков и др., 2004). В Саратовской обл. откочёвка большей части популяции происходит в первой декаде августа, отдельные птицы встречаются до первой декады октября (Завьялов и др., 2005).

Таблица 27. Сроки последних встреч большой белой цапли в Вост. Европе и Сев. Азии
Регион n M SD lim Источник
Западная Украина 32 17 октября 20,2 12 сентября — 28 ноября Новак, 2002
Центральная Украина 34 18 октября 20,5 15 сентября — 27 ноября Роговий, 1994; Очеретный, 1998; Грищенко, Гаврилюк, 2000; Гаврилюк, 2002; Шевцов и др., 2004; (ориг.)
Северная Украина 16 27 сентября 16,6 7 сентября — 5 ноября Марисова и др., 1991; Книш, 1994; Домашевский, 1996; Афанасьев, 1998; Полюшкевич, 1998
Молдавия 11 2 ноября 16,4 30 сентября — 29 ноября Аверин и др., 1971; Куниченко, Гусан, 1992; Тищенков, 2004; А. А. Тищенков (личн. сообщ.)
Низовья Тургая, Казахстан 3 13 октября Сема, 1989
Кургальджино, Казахстан 3 6 октября Сема, 1989
Окрестности Алма-Аты, Казахстан 4 28 октября Сема, 1989


В дельте Волги осенний отлёт начинается с 25 сентября и тянется весь октябрь, запоздавших особей наблюдали до 8 ноября. На разливах Терека, в Аграханском заливе и по озёрам в районе Кизляра стаи пролётных птиц отмечали на протяжении всего ноября и до 6 декабря, уже при сильных ночных заморозках. В дельте Урала пролёт можно наблюдать уже в конце сентября, а отдельные особи задерживаются до конца октября. В юго-восточной части Каспия пролёт идёт в течение всего октября и ноября. В низовьях Сыр-Дарьи отлёт начинается в конце сентября, к двадцатым числам октября цапли становятся уже редкими, одиночные птицы задерживаются до первых чисел ноября, а в среднем течении реки — до ноября (Спангенберг, 1951).

По данным А. В. Михеева и его соавторов (1975), пролёт по западному побережью Каспия начинается в конце августа. До конца октября и начала ноября он выражен слабо. В конце ноября и начале декабря пролетает наибольшее количество птиц, пролёт продолжается до середины или конца декабря. Летят птицы на высоте 100-150 м, реже 200-300 м, над морем ниже — иногда до 10-20 м. Пролётные стаи насчитывают десятки и даже сотни особей. Миграция идёт как ночью, так и в светлое время суток.

В Сихотэ-Алиньском заповеднике последних птиц наблюдали 7 ноября 1995 г. и 9 ноября 1998 г. (данные Летописи природы заповедника). На Приханкайской низменности последние птицы отмечены 28 октября 1986 г., 29 октября 1989 г., 30 октября 1982 г., 5 ноября 1995 г., 16 ноября 1993 г. и 19 ноября 2004 г. (Глущенко и др., 2006). В долине р. Раздольная наиболее поздние встречи зарегистрированы в окрестностях Уссурийска 24 ноября 2002 г. и 18 декабря 2003 г., а одна особь наблюдалась в середине января 1993 г. (Глущенко и др., 2006). Единичные случаи зимнего пребывания данного вида в Приморье известны также для окрестностей Владивостока (Воробьёв, 1954) и р. Нарва (Сидими) в Хасанском р-не (Панов, 1973).

Послегнездовые кочёвки. Для цапель характерен так называемый промежуточный перелёт в разнообразных направлениях, который постепенно переходит в осеннюю миграцию. Кочующие белые цапли появляются значительно севернее границы гнездового ареала. В богатых кормом местах в августе-сентябре могут образовываться большие скопления из десятков и даже сотен птиц. Дальность разлёта по материалам меченья обычно не превышает 200-250 км, иногда достигает 400-600 км (Сапетин, 1978). Птицы, окольцованные на Лебежьих о-вах, кочуют в августе-сентябре по северу Крыма и в Херсонской обл. Но уже через месяц первые особи достигают Греции (Костин, Тарина, 2005).

В Каневском заповеднике (Черкасская обл.), на островах Днепра, расположенных ниже плотины Каневской ГЭС, первые кочующие белые цапли появляются в конце июня — первой половине июля. Численность их постепенно возрастает, достигая максимума во второй половине августа — сентябре, затем снижается вплоть до середины октября. Сроки появления и численность кочующих птиц зависят от уровня воды в Днепре. Когда мелководья во второй половине лета затоплены, птицы появляются позже и больших скоплений не образуют. Максимальное количество белых цапель наблюдали в 2001 г. — около 200 особей (Грищенко, 2001). На юге Брестской обл. в августе — ноябре 2002 г. на 6 водоёмах в общей сложности учтено 1011 особей. Наиболее высокая численность вида отмечена на рыбхозе «Новосёлки», где 6 октября встречено не менее 519 птиц (Абрамчук и др., 2003).

В Крымском Присивашье в 1978-80 гг. во время послегнездовых кочёвок с середины августа до конца октября держалось не менее 5-6 тыс. больших белых цапель. Отдельные скопления кормящихся птиц включали до 700 особей (Костин, 1983).

На юге Приморья одиночных белых цапель и их стаи до 15 особей наблюдали на рисовых полях с июля по август (Глущенко, 1979).

Местообитание

Населяет разнообразные типы влажных биотопов — плавни рек, прибрежные заросли водоёмов, заросшие пруды, поймы рек, тростниковые заросли на островах, косах и болотах, мангровые заросли и т.п. В аграрном ландшафте может селиться на рисовых чеках, каналах, искусственных водоёмах. Известны случаи гнездования даже на деревьях, растущих среди сухих пастбищ (Martinez-Vilalta, Motis, 1992). Оптимальный гнездовой биотоп — обширные заросли, чередующиеся с открытыми мелководными водоёмами или плёсами.

В Белоруссии все обнаруженные колонии находились в рогозово-тростниковых и тростниковых зарослях на реках, водохранилищах, рыбхозах и болотах (Абрамчук, Абрамчук, 2005). В Центр. Предкавказье все колонии большой белой цапли находились в тростниково-рогозовых зарослях: 63,8% — на обводнённых солончаках, по 18,1% — на пересыхавших до обводнения реках и балках и на водохранилищах (Бичерев, 1988).

Большая белая цапля предпочитает равнинный ландшафт, в горы поднимается редко, хотя может гнездиться и на значительных высотах. В Грузии найдена на гнездовании на высоте 1800 м н.у.м. (Чхиквишвили, 1930), а в Перу отмечались попытки гнездования на высоте 4 080 м н.у.м. (Martinez-Vilalta, Motis, 1992).

Неоднократно повторявшиеся утверждения, что большая белая цапля избегает селиться вблизи человека и предпочитает самые глухие и труднодоступные уголки зарослей (Спангенберг, 1951; Долгушин, 1960 и др.), в последнее время подвергаются сомнению. Колонии возле населённых пунктов сейчас уже не редкость. Например, в окрестностях г. Кременчуга (Полтавская обл.) была обнаружена колония из 25-30 пар на тростниковом болоте возле железнодорожной станции между железной дорогой и автострадой. Другая колония находилась за 300 м от отстойника нефтеперерабатывающего завода (Гаврись, 1994).

Кормится большая белая цапля на мелководьях по берегам водоёмов, в поймах рек, на лугах и пастбищах, болотах. В большом количестве птицы собираются вместе с другими рыбоядными птицами на спущенных для облова рыборазводных прудах, на участках рек ниже плотин ГЭС, работающих в пиковом режиме. Из-за постоянных перепадов уровня воды здесь создаются хорошие условия для рыбоядных птиц — после очередного спада воды остаётся большое количество мелководных временных водоёмов, что весьма удобно для кормёжки. В глубоких местах можно увидеть подстерегающих добычу птиц на корягах и затопленных кустах. Охотно кормится на рисовых чеках (Спангенберг, 1951; Глущенко, 1979; Костин, 1983; Сагитов, 1987; Казаков и др., 2004).

Зимой встречается на незамерзающих участках водоёмов, техногенных прудах, каналах, арыках, горных речках, возле родников. В Узбекистане зимующих белых цапель отмечали на распаханных полях хлопчатника, когда проводилась промывка почвы (Шахназаров, 1995).

Численность

Общая численность в Европе оценивается в 11-24 тыс. пар. Из них 3-10 тыс. гнездится в европейской части России, 4,5-7,3 тыс. на Украине, 250-800 пар в Азербайджане. Численность зимующих птиц составляет более 8600 особей, из них 1-2 тыс. — в Азербайджане. Для всех европейских стран, где вид гнездится, кроме Албании и Турции, отмечены положительные тренды численности. В 1970-1990 гг. происходило увеличение численности, в 1990-2000 гг. — значительное её увеличение (BirdLife International, 2004).

На Украине основные колонии расположены в низовьях Дуная, Днестра, Днепра, на севере и северо-востоке Крыма, на лиманах и косах Сев. Приазовья, водохранилищах Днепровского каскада. В большинстве мест отмечаются как незначительные флуктуации, так и рост численности. В Дунайском биосферном заповеднике в 1984-1997 гг. общее количество гнездящихся пар колебалось от 0 до 170 (Жмуд, 1999). В дельте Днестра численность большой белой цапли в 1978-2004 гг. изменялась в пределах 120^430 пар (Русев, 2004). Пик численности большой белой цапли на Лебяжьих о-вах был отмечен в 1981 г. — 830 пар; в дальнейшем численность колебалась в пределах 200-778 пар (Костин, Тарина, 2004). Общая численность в колониях на Вост. Сиваше за последние 30 лет изменялась в пределах 130-260 пар (Гринченко, 2004а).

В Молдавии по приблизительной оценке гнездится в разные годы от 30 до 150 пар. Из них от 17 до 120 пар в 1-5 колониях на землях Кагульского рыбокомбината и от 10 до 50 пар на прудах в центральной и южной частях страны (Куниченко, Гусан, 2001). В Белоруссии известно не менее 8 колоний, в которых гнездится, как минимум, 110-140 пар; с учётом предполагаемых мест гнездования общая численность может быть определена в 200-300 пар (Абрамчук, Абрамчук, 2005).

Общая численность в Юж. России оценивается в 3-9 тыс. пар (Белик, 2005). В Краснодарском крае в 1980-х гг. было известно 10 колоний общим числом 757 пар, а в 1990-х гг. — уже, соответственно, 14 и 1347 (Емтыль и др., 1989,2003). В дельте Кубани к концу 1980-х гг. численность достигла 500-600 пар (Казаков и др., 2004). В низовьях Дона, по учётам 1990–91 гг., общая численность составляла 230-250 пар (Казаков, Ломадзе, 1991,1992). На Веселовском вдхр. в 1990-1991 гг. было учтено 400-500 пар (Казаков, 1998, 2000а). Общая численность больших белых цапель на Зап. и Вост. Маныче в настоящее время достигает 500-600 пар (Казаков и др., 2004). На водоёмах Ставрополья в 1990-е гг. гнездилось примерно 100 пар (Хохлов, 1993).

В традиционных местах гнездования на Каспии численность в последние десятилетия снижается из-за трансгрессии моря и повышения глубин в низовьях рек. В дельте Волги вследствие этого общая численность большой белой цапли сократилась с 6 тыс. пар в 1980 г. до 1 тыс. в 1994 г. (Кривенко и др., 1998), в дельте Терека — с 1290 пар в 1973 г. (Бондарев, 1975) до 175 в 1986 г. (Казаков и др., 2004). В 1999 г. в дельте Волги и западном ильменно-бугровом районе учтено 3090 гнездящихся пар большой белой цапли, в 2000 г. — 995, в 2001 г. — 1 850 (Гаврилов и др., 2003). Численность в Кизлярском зал. в 1996 г. оценивалась в 300-400 пар (Вилков и др., 2000). 6 ноября 2003 г. в угодьях предустьевого взморья Волги (Астраханский заповедник) учтено 1 790 особей (Русанов, 2004).

Довольно крупные поселения есть в Приуралье. Так, на оз. Шалкар-Ега-Кара на востоке Оренбургской обл. гнездится около 100 пар (Коршиков, Корнев, 2000). В Узбекистане в 1987-1989 гг. учтено 1 892 особей на гнездовании, 4 275 особей — во время миграций и 1 773 особей — на зимовке. Основными местами гнездования служат озёра Айдаркуль, Судочье, Думалак, Караджар, залив Жылтырбас. Наибольшие миграционные скопления отмечены на озёрах Айдаркуль и Закир куль. Наибольшее количество цапель зимует на озёрах Денгизкуль, Айдаркуль, Султандаг и в Кашкадарьинском прудовом хозяйстве (Шахназаров, 1995).

В западноевропейских странах наибольшее количество большой белой цапли зарегистрировано в Венгрии (500 пар), Австрии (250 пар) и Румынии (200 пар). Общее число гнездящихся птиц в других странах, где она отмечена (Греция, Хорватия, Болгария, Словакия и др.), не превышает 50 пар.

В Приморье на оз Ханка в начале 1960-х гг. гнездилось 200-300 пар (Поливанова, 1971). Позднее численность отмечалась в пределах 170-520 гнездящихся пар (Глущенко и др., 1992).

Размножение

Моногам. Пары сезонные, в Европе образуются весной во время возвращения с зимовок. Возраст первого размножения — вероятно, 2 года (Cramp, 1977). В брачном ...

Суточная активность, поведение

Большая белая — чисто дневная цапля (Bauer, Glutz von Blotzheim, 1966; Cramp, 1977; Martinez-Vilalta, Motis, 1992). Во время миграции она также летит в основном в светлое время суток. В полёте образует рыхлые скученные стаи численностью в 10-150 особей или же линейные построения — цепочка, клин, углы и т.п. —до 50 ос. (Молодовский, 2001). В колониях взрослые птицы начинают полёты за кормом ещё на рассвете и продолжают их с разной активностью почти всю светлую часть суток. Наибольшая активность проявляется с 3 до 8-9 ч, затем она ослабевает и в полуденные часы (особенно в первую половину периода выкармливания птенцов) почти прекращается. Второй пик активности, меньший, чем утром, отмечается с 15-16 до 19-20 ч (Олейников, Гончаров, 1967).

Ведёт как одиночный, так и стайный образ жизни. После вылета птенцов семейные группы широко кочуют. В местах с высокой численностью они могут объединяться в большие стаи. Образовавшиеся стаи обычно не распадаются даже на зимовках. Птицы днём разлетаются на кормёжку, но вновь собираются на коллективную ночёвку.

При совместных кормёжках с другими цаплями большая белая доминирует над более мелкими видами. С серой она примерно равна «по силе». Поэтому в конфликтах может побеждать как один, так и другой вид (Exner, Schubert, 2005).

Многие орнитологи отмечают большую осторожность большой белой цапли по сравнению с серой. Л. М. Шульпин (1931, цит. по: Ганя, Зубков, 1989) связывал это с тем, что животные белого цвета лучше заметны хищникам и вынуждены раньше реагировать на опасность. Действительно, по проведённым на Украине замерам, средняя дистанция вспугивания большой белой цапли составляет 173,1±5,6 м (п = 118), а серой — 124,2?2,9 м (п = 231) (Грищенко, ориг.). Дистанции вспугивания обоих видов достоверно возрастают после начала осенней охоты (Грищенко, 2003).

Питание

Основу питания большой белой цапли составляют рыба и водные насекомые. Помимо этого она поедает также большое количество других мелких животных — земноводных, мелких пресмыкающихся, грызунов, мелких птиц и их птенцов, ракообразных, моллюсков, других водных беспозвоночных и их личинок.

Состав пищи сильно варьирует в зависимости от места и сезона. Так, на о. Городки (Днепродзержинское вдхр., Полтавская обл.) в 1981-1983 гг. рыба составляла 96,6% питания большой белой цапли (из них 66,7% — промысловые виды), насекомые — 2%, земноводные — 0,7%, пресмыкающиеся — 0,3%, пиявки — 0,2%, моллюски — 0,2%, млекопитающие — 0,04% (Ткаченко, 1987). В Сев. Приазовье рыба составляла 47,1 % (из них промысловая всего 10,3%), пресмыкающиеся — 5,4%, земноводные — 1,5%, беспозвоночные — 46,0% (Кошелев, 2004). На Лебяжьих о-вах в гнездовой период рыба составляет 78,9%, насекомые — 9,0%, озёрные лягушки — 7,2%, ракообразные — 1,3%. Из насекомых цапли чаще поедают медведок, личинок большого водолюба и стрекоз. Основу осенне-зимнего рациона составляет рыба — караси (84%), бычки (14%), карпы (8%). До 46% возрастает доля лягушек. Насекомые встречены в 20% проб (Костин, Тарина, 2004). На Кагульском рыбкомбинате в Молдавии до 30% корма большой белой цапли составляют беспозвоночные, 10-12% — земноводные и мышевидные грызуны, не менее 30% — сорная рыба из сбросных и мелиоративных каналов (Куниченко, Гусан, 1992).

На Усть-Манычском вдхр., по анализу 340 отрыжек птенцов и содержимого 25 желудков взрослых птиц, рыба составляла по весу 60,9% пищи, насекомые — 29,0%, земноводные — 8,5% (в основном головастики озёрной лягушки). Среди рыб преобладали щука (19,4% общего веса пищи), сазан, плотва, окунь, уклея, лещ, карась и др. В основном это была молодь длиной от 3 до 16 см, а в отдельных случаях (ранней весной) — до 20-24 см. 68,3% рыбного корма приходилось на долю хищных и сорных видов. Из насекомых преобладали жуки-плавунцы — взрослые особи и личинки, водолюбы, крупные водяные клопы, личинки стрекоз. Из наземных позвоночных в небольшом количестве встречались обыкновенные полёвки и прыткие ящерицы. Соотношение кормов изменялось на протяжении сезона. Весной резко преобладала рыба, причём в первую половину весны цапли добывали относительно крупных рыб, а в мае — преимущественно мальков и сеголеток. В первую половину периода выкармливания птенцов (16 мая — 4 июня) вес рыбы в пище птенцов составлял 89,3%, а насекомых — 2,2%, а во вторую половину (5-27 июня) доля рыбы уменьшилась до 48,4%, а насекомых возросла до 50,5%. После вылета птенцов процент рыбы в их корме мог снова возрасти. Соотношение основных компонентов пищи изменялось и по годам, в зависимости от доступности кормовых объектов (Олейников, Гончаров, 1967).

На лиманах Вост. Приазовья в летне-осенние месяцы 1953-1954 гг. белые цапли питались в основном рыбой (55,4% по весу), хищными водными насекомыми (22,2%), озёрными лягушками и их головастиками (22,1%). Наибольшая встречаемость рыб наблюдалась в конце июня — начале июля, когда мелели и пересыхали лиманы. Из рыб в пище преобладали молодь сазана, щука, окунь, краснопёрка. На Ахтарском рыбкомбинате большая белая цапля охотилась в основном на выростных и частично на нагульных прудах. Вес суточного рациона достигал 250 г. Из прудовых рыб на долю карпа приходилось 75%, белого толстолобика — 22%, пёстрого толстолобика — 3% (Казаков и др., 2004).

На оз. Ханка в 16 пробах бычки составляли 41,1%, вьюны — 30,4%, девятииглая колюшка — 9,7%, жуки-плавунцы — 8,8%, стрекозы — 4,0%, дальневосточная полёвка — 4,0% (Поливанова, 1971).

В желудках птиц, добытых зимой на родниках, находили лягушек и мышевидных грызунов (Казаков и др., 2004). В негнездовое время в сухих местах большая белая цапля может питаться преимущественно мышевидными грызунами и наземными насекомыми (Спангенберг, 1951; Cramp, 1977). Неоднократно в питании отмечали саранчу (Спангенберг, 1951; Олейников, Гончаров, 1967).

Кормится цапля преимущественно на открытых мелководных водоёмах и их берегах. На мелководье охотится, бродя по воде и высматривая добычу, или подкарауливает её, стоя на месте. Если вода слишком глубокая, птица стоит на берегу, наклонив голову к воде. Добычу хватает быстрым ударом клюва. Может охотиться также в сухих местах, активно разыскивая или подкарауливая добычу. Охотится обычно поодиночке, агрессивно защищая кормовую территорию от конкурентов. В местах, обильных пищей, может собираться в большие стаи.

Наблюдения на оз. Нойзидлерзее в Австрии показали, что распределение белых цапель на водоёме зависит от обилия рыбы. Птицы обычно держатся там, где плотность её наибольшая (Nemeth, Schuster, 2005). При этом цапли могут наблюдать за охотой других рыбоядных птиц, например крачек, и перемещаться туда, где она была успешной (Peter, 1994). В США большие белые цапли часто кормятся вместе со снежными цаплями. Последние более подвижны, они вспугивают добычу, которая становится доступнее для более медлительных больших белых цапель (Brzorad et al., 2004).

Враги, неблагоприятные факторы

Начиная со второй половине XIX в. и в первую половину XX в. большая белая цапля подвергалась хищническому истреблению из-за моды на украшения из перьев. Особым спросом пользовались эгретки. У одной большой белой цапли в брачном наряде было 30-50 этих перьев. 1 кг эгреток получали примерно от 150 особей этих птиц. О масштабах истребления говорят следующие цифры. В 1902 г. только одна лондонская фирма, специализировавшаяся на торговле перьями, продала 48 240 унций эгреток. Поскольку на одну унцию этого товара требовалось, как минимум, 4 птицы, для такого количества эгреток было убито по меньшей мере 190 тыс. больших белых цапель.

В 1899-1912 гг. из Аргентины, Бразилии и Венесуэлы было экспортировано 15 т. перьев, прежде всего больших белых и снежных (Egretta thula) цапель. Белых цапель добывали в разгар их гнездового сезона, обычно прямо на колониях. При этом в массе гибли яйца и птенцы, родители которых были уничтожены (Martinez-Vilalta, Motis, 1992). В Венесуэле в 1898 г. было отстреляно 1,5 млн. больших белых цапель (Sedlag, 1983). Ажиотаж подогревался очень высокими ценами на эгретки. В 1903 г. «охотники за перьями» в США получали по 30 долларов за унцию перьев, унция золота была в то время вдвое дешевле. Через некоторое время цена поднялась до $80 (Martinez-Vilalta, Motis, 1992). В 1912 г. в России эгретки скупались по цене 600 руб. золотом за фунт (Шнитников, 1957). Торговля перьями птиц пошла на убыль лишь после Первой мировой войны и прекратилась после Второй (Дорст, 1968). Огромный ущерб причиняла и заготовка яиц, которые вывозились с крупных колоний птиц «лодками», в смысле — объёма (Поливанова, 1971; Белик, 2000; Русев, 2004).

В настоящее время основной фактор, лимитировавший численность — интенсивное истребление человеком — перестал действовать. Целенаправленно преследовать белых цапель сейчас могут разве что в некоторых рыборазводных хозяйствах. Население же относится к этой красивой, изящной птице вполне дружелюбно.

Успешность размножения больших белых цапель зависит от погоды, кормности угодий, деятельности хищников, беспокойства. При пересыхании водоёмов гнёзда становятся доступными для четвероногих хищников, которые их разоряют. Взрослые птицы успешно защищают кладки и маленьких птенцов от хищных птиц и врановых, но если люди часто беспокоят цапель в колонии, они надолго покидают гнёзда, чем активно пользуются серые вороны (Кошелев и др., 2005).

Взрослых больших белых цапель могут добывать крупные хищники — орланы, орлы, ястреб-тетеревятник, из млекопитающих — лисицы, волки, бродячие собаки. Анализ находок окольцованных птиц показал, что основными причинами гибели вне мест гнездования являются неблагоприятные условия зимовки (57,8%) и преследование человеком (39,4%) (Костин, Тарина, 2005). Гнёзда разоряют болотные луни, врановые, крупные чайки, четвероногие хищники — лисица, енотовидная собака, шакал, а также крысы. Гнёзда на мелководье могут страдать в результате проходов кабанов.

Как раноприлётный вид, большая белая цапля страдает от продолжительных возвратов холодов весной. При этом часть птиц может погибнуть, другие ослабевают, что в итоге приводит к снижению результативности размножения.

Главный отрицательный фактор для гнездования белых цапель в настоящее время — разрушение среды обитания человеком вследствие осушения заболоченных территорий, затопления плавней и прибрежных зарослей водохранилищами застройки побережий и т. п. Негативно влияет также заготовка тростника. Существенный отрицательный фактор — выжигание зарослей. Так, в 2004 г. в дельте р. Или в Казахстане во время пожара, охватившего более 1000 га тростников, погибли колонии большой белой цапли и других птиц. Кроме того, цапли не гнездятся в молодых зарослях тростника, которые возникают на следующий год после выкашивания или пожаров (Кошелев, Кошелев, 1999). Отрицательное влияние оказывает беспокойство птиц в колониях людьми, особенно в начале гнездования. Достаточно 1-2-кратного посещения колонии во время постройки гнёзд или в начале откладки яиц, чтобы цапли вообще покинули это место (Кошелев, Кошелев, 1999). В период насиживания и выкармливания птенцов яйца и маленькие птенцы в таких ситуациях могут погибнуть от хищников и переохлаждения. В активно посещавшихся людьми колониях на Усть-Манычском вдхр. в 1958 г. отход яиц и птенцов составил 55%; в гнёздах перед вылетом насчитывалось всего 1,6 птенца (Олейников, Гончаров, 1967).

Численность колоний зависит от уровня воды в водоёмах. Причём отрицательное воздействие оказывает как слишком низкий, так и слишком высокий уровень. Во многих местах отмечалось снижение численности вплоть до полного исчезновения колоний при снижении уровня воды — в Венгрии (Fiiri, Vidra, 2002), на Украине (Кошелев и др., 2004; Кошелев, 2004), в Казахстане (Дебело, 2002). Причём влияние гидрологических условий чаще и резче проявляется на малых водоёмах (Кошелев и др., 2004). Исследования на оз. Нойзидлерзее в Австрии дали несколько иной результат — размер колоний зависел не от глубины воды, а от ширины полосы тростниковых зарослей (Griill, Ranner, 1998).

В дельте Волги в последнее время происходит непрерывное увеличение глубин из-за трансгрессии Каспийского моря, что привело к сокращению численности белых цапель (Кривенко и др., 1998). С другой стороны, в низовьях Урала сформировалась обширная дельта с водно-болотным орнитокомплексом, близким к волжскому (Березовиков, Гисцов, 1999).

Существенный ущерб колониям в плавнях рек могут приносить поздневесенние и летние паводки. Так, два наводнения в июне и июле 1998 г. уничтожили 69,6% гнёзд в колонии на Горелых озёрах в дельте Днестра (Русев, 2004). В том же году отмечалась высокая смертность птенцов во время паводка и на Волге (Завьялов и др., 2005). Кладки и птенцы могут погибать во время сильных ливней, особенно, сопровождающихся градом.

К неблагоприятным факторам относится накопление пестицидов и тяжёлых металлов в органах и тканях вследствие загрязнения среды обитания. Так, в Кызыл-Агачском заповеднике у 7 из 10 обследованных больших белых цапель содержание хлорорганических пестицидов в печени колебалось от 0,06 до 0,3 мг/кг, в жировой ткани — от 0,06 до 0,35 мг/кг (Литвинова, 1988). На Лебяжьих о-вах в 1989-1992 гг. в тканях птенцов обнаружено высокое содержание ДДТ и ДДЕ. В 1991 г. у цапель наблюдалось снижение успешности размножения из-за значительного количества неоплодотворённых и аномально мелких (безжёлтковых) яиц, 3% гнёзд содержали по одному аномальному яйцу (Костин, Тарина, 2004). На юге Флориды в перьях большой белой цапли обнаружено 7,1 частей на миллион ртути, концентрация её увеличивалась с возрастом птиц. Такое содержание ртути уже может быть достаточным для снижения продуктивности (Beyer et al., 1997). По наблюдениям в Калифорнии, после запрета использования ДДТ у белых цапель достоверно увеличились размер кладки и успешность размножения (Pratt, Winkler, 1985).

Белые цапли могут становиться жертвами клептопаразитизма, подвергаясь нападениям различных птиц от крупных чаек до орланов. Интересный случай клептопаразитизма зарегистрирован в Венгрии: на летевшую цаплю с пойманной на поле мышью напал балобан и отобрал добычу (Kovacs, 2004).

На юге Украины у большой белой цапли зарегистрировано 35 видов гельминтов: Schisto-cephalus pungtii, Gryporhynchus pusillus, Clinostomum complanatum, Pegosomum saginatum, P. spiniferum, Echinochasmus beleocephalus, E. coaxatus, E. euryporus, E. militaris, E. mordax, E. bursicola, Saakotrema metatestis, Philophtalmus palpebrarum, Cryptocotyle concavum, C. lingua, Pygidiopsis genata, Galastosomum sp., Prostogonimus anatinus, Strigea falconis, Apha-ryngostrigea cornu, Hysteromorpha triloba, Histeromorphoides sp., Posthodiplostomum cuticola, Bilharziella polonica, Polymorphus minutus P. striatus, Southwellina hispida, Contracaecum microcephalum, Porrocaecum reticulatum, Desmidocercella numidica, Tetrameres fissispina, Desportesius brevicaudatus, Desportesius sp., Cosmocephalus oblevatus, Avioserpens galliardi. Цестоды встречаются редко, трематодофауна достаточно богата. Доминируют Cryptocotyle convacum и Pygidiopsis genata, для которых большая белая цапля является основным хозяином в регионе (Корнюшин и др., 2004).

Хозяйственное значение, охрана

Большая белая цапля заслуживает всяческой охраны хотя бы как эстетически ценный вид, украшающий любой ландшафт. Она может приносить некоторый ущерб рыбному хозяйству, особенно на рыборазводных прудах. Однако, как показали специальные исследования, он с лихвой компенсируется истреблением вредителей рыбного хозяйства — хищных водных насекомых (имаго и личинок), лягушек и головастиков, поедающих икру и мальков. Поедают эти птицы также большое количество хищных и сорных рыб. На Усть-Манычском вдхр. они составляли около 12% веса пищи (Олейников, Гончаров, 1967). Кроме того, белые цапли уничтожают мышевидных грызунов, саранчовых, медведок, считающихся вредителями сельского хозяйства.

Белые цапли могут быть распространителями ряда опасных инфекций, экологически связанных с птицами — орнитоза, гриппа, лептоспироза и др. (Греков и др., 2004).

Большая белая цапля занесена в Красные книги Армении, Белоруссии, Грузии, Молдавии, а в России — в Красные книги республик Ингушетии, Мордовии, Татарстана, Тывы, Хакасии, Алтайского и Хабаровского краёв, Брянской, Курганской, Липецкой, Новосибирской, Омской, Пензенской, Саратовской, Сахалинской, Смоленской и Тюменской областей, Еврейской АО.

Следующий вид   |   Том 7   |   Аистообразные (Ciconiformes)   |   Цаплевые (Ardeidae)