Колпица / Platalea leucorodia Linnaeus, 1758

Название вида:Колпица
Латинское название:Platalea leucorodia Linnaeus, 1758
Английское название:Spoonbill
Французское название:Spatule blanche
Немецкое название:Loffler
Латинские синонимы:для подвида leucorodia: Platalea leucopodius S.G. Gmelin, 1770; Platalea nivea Cuvier, 1817; Platalea major Temminck et Schlegel, 1849
Русские синонимы:обыкновенная колпица; колпик — народное
Отряд:Аистообразные (Ciconiformes)
Семейство:Ибисовые (Threskiornithidae)
Род:Колпицы (Platalea Linnaeus, 1758)
Статус:Гнездящийся перелётный, в южных частях ареала нерегулярно зимующий вид.

Общая характеристика и полевые признаки

Крупная птица величиной с гуся, с телом длиной 75-90 см и размахом крыльев 115-145 см. Имеет очень характерный облик, позволяющий легко отличать колпицу от сходных видов. Это типичная голенастая птица с оперением общей белой окраски, с длинными ногами, длинной тонкой шеей и длинным, уплощённым клювом, расширяющимся на конце в виде ложки. В полёте, в отличие от цапель, шею вытягивает вперёд. Летает обычно гребным полётом с размеренными, сильными взмахами крыльев, периодически планирует, может парить, особенно в восходящих потоках тёплого воздуха.

Держится преимущественно группами или небольшими стаями на открытых пустынно-степных водоёмах. Гнездится колониями в тростниках, на деревьях или открытых островах. Кормится обычно на илистых солоноватых мелководьях. Охотясь на слабопроточных водоёмах, колпицы часто выстраиваются шеренгой и медленно идут вперёд, держа клюв опущенным в воду и двигая им при каждом шаге то вправо, то влево, как бы «косят» тину (одно из народных названий колпицы — «косарь»). На заиленных стоячих озерках могут кормиться в одиночку. При кормёжке, в отличие от цапель, ведут себя значительно подвижнее. При перелётах птицы часто выстраиваются развёрнутым фронтом, нередко поднимаются на значительную высоту.

Голос. Молчаливы; лишь в колониях можно слышать различные негромкие ворчащие секвенции: «ху-гур», «ку-гу-гуг», «хо-хо-хок» и другие гортанные звуки. Птенцы, выпрашивая у родителей корм, нередко издают своеобразные дребезжащие трели «хю-ррюк, хюр-рю-рюк».

Сезонные различия в окраске оперения и габитусе незначительны; самец отличается от самки более длинными ногами и клювом, что заметно лишь при сравнении. Молодые птицы хорошо отличаются чёрными вершинами маховых перьев.

Описание

Окраска. Самец в брачном наряде имеет общую белую окраску оперения. Спереди на нижней части шеи располагается большое желтовато-охристое пятно. Желтоватый оттенок имеют также удлинённые перья хохла. Голая кожа вокруг глаз и в основании клюва жёлтая, на уздечке — с чёрным пятном. Большое эластичное кожистое пятно на горле красновато-жёлтого цвета. Участок голой жёлтой кожи находится также на зобе. Клюв в основании окрашен в чёрный цвет, а у вершины постепенно желтеет. Величина и конфигурация дистального жёлтого пятна имеет индивидуальную изменчивость, позволяющую распознавать большинство особей (Петрович, 2000). Ноги чёрные. Радужина красная. Самка слегка отличается от самца чуть меньшей величиной и менее развитым хохлом на голове.

Зимний наряд, одеваемый колпицами после осенней линьки, сходен у обоих полов и характеризуется отсутствием хохла на голове и охристого пятна на зобе.

Птенцы вылупляются покрытыми коротким густым эмбриональным пухом белого или розоватого цвета, сквозь который просвечивает ярко-жёлтая кожа (Тугаринов, 1947). На лицевых частях и брюхе пуховой покров разрежен. Второй ювенильный пуховой наряд, появляющийся примерно на 10 день, белый с охристым оттенком. Клюв и ноги у пуховиков розовато-жёлтые (Спангенберг, Фейгин, 1936).

Гнездовой наряд сходен с зимним нарядом взрослых птиц, но первостепенные маховые с дымчатым оттенком и тёмными стержнями, а на вершинах маховых расположено чёрное пятно, величина которого сокращается по направлению от первого пера к последующим. Эти пятна на перьях сохраняются и в первом брачном наряде. Клюв молодых птиц гладкий, голубовато-серого или розовато-серого цвета, ноги тёмные, почти чёрные, радужина буровато-жёлтая.

Строение и размеры

Крылья сравнительно короткие, так что внутренние второстепенные маховые почти достигают вершины сложенного крыла. Первостепенных маховых — 11. Формула крыла: III-II-IV-V-VI... или III-IV-II-V-VI..., I маховое укорочено и скрыто под верхними кроющими крыла. На внутренних опахалах III–V и на наружных опахалах II–IV первостепенных маховых имеются вырезки. Хвост короткий, прямой, из 12 рулевых перьев. На затылке длинные узкие перья образуют свисающий вниз хохол, который может разворачиваться над головой веером во время брачных демонстраций. У самца длина этих перьев — 120-150 мм, у самки — 105-135 мм. Пудретки отсутствуют.

«Чешуя» цевки и голени сетчатая. Голень не оперена примерно на половину длины. Между передними пальцами ног — зачаточные перепонки. Коготь среднего пальца без зазубрин. Длинный плоский, резко расширяющийся на конце клюв сверху слегка морщинистый за счёт поперечных валиков. Ноздри узкие, вытянутые вдоль клюва, расположены в канавках в его основании.

Развитие типичного для колпиц расширенного на конце клюва продолжается у птенцов более 2 месяцев. У пуховиков он короткий, толстый, слегка приплюснутый и прямой, на конце закруглённый и чуть загнут вниз. В это время он больше напоминает клюв уток. Лишь в месячном возрасте он начинает удлиняться, а к 1,5 месяцам, к вылету птенцов из гнезд, расширяется на конце. Но только через год он приобретает размеры и форму, характерные для взрослых птиц (Тугаринов, 1947). Расширенная часть клюва у колпиц богата чувствительными нервными окончаниями, помогающими птицам при кормёжке обнаруживать добычу в мутной воде.

Из-за недостатка коллекционного музейного материала морфометрия колпицы изучена слабо. Размеры птиц (мм) по разным сводкам без разделения их по полу в целом для Вост. Европы и Сев. Азии таковы. Длина крыла — 368-381, хвоста −127, клюва — 165-183, цевки — 127-140 (Мензбир, 1918); длина крыла — 350, клюва — 180-228, цевки — 120-165 (Бутурлин, Дементьев, 1935); крыла — 355-400, клюва — 180-222 (Тугаринов, 1947; 1951). Для Казахстана И.А. Долгушин (1960) приводит следующие данные: длина крыла — 360-397, клюва — 183-223, цевки — 120-145. Для Украины (Смогоржевський, 1979): длина крыла — 342, хвоста — 112-129, клюва — 173-226, цевки — 120-190 мм. Последние цифры вызывают сомнения, поскольку они, по-видимому, ошибочны (скорее всего, типографская опечатка: спутаны 6 и 9), но эти данные «перекочевали» в разные отечественные сводки (Воинственский, 1962; Смогоржевський, 1979) ещё из работы А .Я. Тугаринова (1947). Причём последний автор, в следующей по хронологии своей статье, указывает максимальный размер плюсны колпицы уже 160 мм. JT.C. Степанян (2003), подытоживший все данные с 1940-х гг. до начала XXI в., пишет, что длина крыла колпиц составляет 360, клюва — 180-223 и цевки — 120-160 мм.

Масса птиц, по С. А. Бутурлину (1935) — 1 700 г; по С. Крэмпу (Cramp, 1977) — самца 1960, самки 1 130 г (в обоих случаях взвешено по 1 птице). Средний вес птиц из дельты Волги составляет 1 950 г, колеблясь в пределах ±4,1% у самцов и ±7,2% у самок (Скокова, 1959, 1962). В таблице 39 приведены размеры птиц различных половых групп по данным различных авторов. Судя по этим фрагментарным сведениям, самцы имеют заметно более длинное крыло, клюв и цевку.

Таблица 39. Морфометрические показатели колпиц (мм) из разных регионов
Параметр Самцы Самки Источник
nlimMnlimM
Восточная Европа и Северная Азия
Общая длина3777–830802,3Спангенберг, 1951
Размах крыльев31258–14501369,3Спангенберг, 1951
Армения
Общая длина3750–8101764Adamian, Kleim, 1999
Длина крыла3370–3882361–369Adamian, Kleim, 1999
Длина хвоста3130–1412120–121Adamian, Kleim, 1999
Длина клюва3207–2122178–187Adamian, Kleim, 1999
Длина цевки3155–1582137–140Adamian, Kleim, 1999
Болгария
Длина крыла3378—4002365–370Симеонов и др., 1992
Длина хвоста3132–1342138–150Симеонов и др., 1992
Длина клюва3197–2152176–186Симеонов и др., 1992
Длина цевки3159–1682143–150Симеонов и др., 1992
Западная Палеарктика
Длина крыла386—412360–377Snow, Perrins, 1998
Нидерланды
Длина крыла13386–41239410360–370370Cramp, 1977
Длина хвоста25108–12611724108–118113Cramp, 1977
Длина клюва15195–23121314168–191172Cramp, 1977
Длина цевки24140–16314919123–141131Cramp, 1977


По Дель Хойо с соавторами (del. Hoyo et al., 1992) длина колпиц составляет 700-900 мм, размах крыльев — 1 150-1 350 мм, вес — 1 130-1 960 г.

Линька

Колпица имеет одну полную послебрачную и частичную предбрачную линьку. Последняя протекает в январе-марте и захватывает мелкое оперение головы и шеи, в результате чего у птиц развивается хохол и охристое пятно на шее. Полная послебрачная линька идёт очень медленно и растягивается с августа до марта. Во время осенней миграции линька, вероятно, приостанавливается и заканчивается на зимовках (Cramp, 1977). Последовательность смены нарядов следующая: первый (эмбриональный) пуховой наряд -второй (ювенильный) пуховой наряд — гнездовой наряд — первый брачный наряд — первый послебрачный наряд — второй брачный наряд и т.д. Взрослый наряд птицы приобретают, по-видимому, на втором году жизни, после первой послебрачной линьки и смены маховых с чёрными вершинами (Спангенберг, 1951). Детали линьки изучены слабо.

Подвидовая систематика

Обычно выделяют 2 подвида: (1) номинативный P. l. leuco-rodia Linnaeus, 1758, и (2) P. I archeri Neumann, 1928, гнездящийся на южном побережье и островах Красного моря (Спангенберг, 1951; Степанян, 2003). Сейчас уверенно выделяют также подвид (3) P. l. balsaci Naurois et Roux, 1974 с островов у побережья Мавритании (del Hoyo et al., 1992; Dickinson, 2003). На территории России и в сопредельных регионах обитает только номинативный подвид:

1.Platalea leucorodia leucorodia

Platalea leucorodia Linnaeus, 1758, Syst. Nat., ed.10, c.139, Европа, южная Швеция.

От P. I archeri отличается несколько более крупными размерами: длина крыла у Р. l. leucorodia — 360-410 мм против 325-360 мм у P. l. archeri, длина клюва — 173-228 против 145-170 мм, цевки — 120-168 против 102-118 мм (Cramp, 1977; Степанян, 2003). К номинативной форме большинство систематиков относят и популяции населяющие пространство от Центр. Азии до Кореи, включая Египет и Индию, иногда выделявшиеся в подвид Р. l. major Temminck et Schlegel, 1849 (4).

Замечания по систематике

Крупная популяция (до 1 000-2 000 пар), найденная на труднодоступных островах у атлантического побережья Мавритании, сравнительно недавно выделена в отдельный подвид P. I balsaci de Naurois et Roux, 1974, отличающийся окраской (Brouwer, 1964; Cramp, 1977; del Hoyo et al., 1992; Snow, Perrins, 1998). Эта форма по размерам занимает промежуточное положение между P. l. leucorodia и P. l. archeri, но клюв у неё полностью чёрный, а жёлтое пятно на груди практически отсутствует (Cramp, 1977).

Следует также отметить, что у молодых колпиц из восточных частей ареала (Средняя Азия, Монголия, Джунгария) описан особый морфологический признак, не встречающийся у птиц из Европейской части России, Украины и Кавказа (Тугаринов, 1947). Их голое пятно кожи на горле не вдаётся, как у взрослых птиц, клином вниз вдоль шеи, а имеет W-образную форму, такую же, как и у взрослых особей аллопатричной малой колпицы (Platalea minor), обитающей в Корее. Возможно, эта характерная особенность, помимо жёлтой, а не чёрной вершины подклювья и чуть больших размеров птиц (длина цевки — 130-165 мм, длина клюва — до 235 мм против 120-145 и 183-223 мм у западных популяций), отличает азиатскую расу колпицы P. l. major Temminck et Schlegel, 1849, которую выделяли некоторые орнитологи (Бутурлин, 1901; Бутурлин, Дементьев, 1935; Rose, Scott, 1994 и др.).

Колпицу Р. l. leucorodia, вместе с восточноазиатской малой колпицей (P. minor Temminck et Schlegel, 1849), африканской белой колпицей (Р. alba Scopoli, 1786) и австралийской королевской колпицей (Р. regia Gould, 1838), обычно объединяют в составе одного надвидового комплекса (del Hoyo et al., 1992) или отдельного подрода Platalea (Wolters, 1982). Последняя форма (regia) иногда рассматривается также в качестве подвида P. leucorodia (del Hoyo et al., 1992).

Распространение

Гнездовой ареал. Ареалогически колпица — в основном пустынно-степной палеарктический вид, краями ареала заходящий на север тропического пояса и в умеренные широты Зап. Европы. Гнездится от Сев. Африки (берега Мавритании, Марокко, Алжира) и Атлантического побережья Европы, где спорадичные колонии встречаются в разных странах к северу эпизодически до Англии, Германии и Дании (сотни пар — в Испании и Нидерландах, десятки пар — в Португалии и Франции), к востоку до Индостана и Кореи (Спангенберг, 1951; Cramp, 1977; del Hoyo et al., 1992; Snow, Perrins, 1998) (рис. 88).

Рисунок 88. Область распространения колпицы:

Рисунок 88. Область распространения колпицы:
а — примерная северная граница ареала в XVIII-XIX вв., б — современный гнездовой ареал и известные места гнездовий, в — основные места зимовок. Подвиды: 1 — P. l. leucorodia, 2 — Р. l. archeri, 3 — Р. l. balsaci, 4 — P. l. major.



В Вост. Европе и Сев. Азии северная граница ареала проходит в настоящее время через дельту Дуная, низовья Днестра, Дона, Волги и Урала. В Сев.-Зап. Причерноморье периодически гнездится также в верховьях Тилигульского лимана, до середины XIX в. в небольшом числе обитала в дельте Днепра (Браунер, 1894; Мензбир, 1918). Единичный случай гнездования отмечен в 1980 г. в Латвии (Виксне, 1983), куда проникают, вероятно, птицы западноевропейской популяции. По Волге вверх поднимается до г. Волгограда (Чернобай, 2004). В 1984 г. гнездование колпицы впервые отмечено в Новоузенском р-не на юго-востоке Саратовской обл. (Хрустов и др., 1995).

По северу Казахстана эпизодически гнездится на степных озёрах в окрестностях Урды, а также в низовьях Узеней, Балыкты и Кушума в Волго-Уральском междуречье, на оз. Челкар и в низовьях р. Уил в Зауралье (Волчанецкий, 1937; Шевченко и др., 1993; Дебело, 1996,2002), на озёрах к югу от р. Илек, в Наурзуме, в низовьях Иргиза и Тургая, по р. Нура у Кургальджина, а также на водоёмах Алакольской и Зайсанской котловин (Зарудный, 1888; Сушкин, 1908; Шнитников, 1949; Долгушин, 1960). Кроме того, в 1999-2001 гг. колпиц неоднократно отмечали на востоке Оренбургской обл. на озёрах Светлинского р-на, а в 2002 г. там были встречены 2 выводка (Коршиков, Корнев, 1999; Коршиков, 2001; Коршиков, Шубин, 2002).

По югу Сибири колпица, возможно, ещё сохранилась на степных озёрах Тувы и в Даурии (Stegmann, 1929; Янушевич, 1952; Баранов, 1991; Забелин, 2002; Горошко, Кирилюк, 2003), заходя сюда краем ареала из Монголии, где она гнездится от оз. Убсу-нур до оз. Орог-нур (Фомин, Болд, 1991; Мельников, 2000). Восточнее эпизодически встречается по долине Амура: в низовьях р. Зея, у М. Хингана, в районе устья р. Сунгари и ниже устья р. Уссури вплоть до оз. Болонь (Stegmann, 1930; Шульпин, 1936; Росляков, 19816; Панькин, 1984; Нечаев, 1989; Бабенко, 2000). В XIX в. была многочисленна на оз. Ханка в Приморье (Пржевальский, 1870), до 10 пар гнездилось там ещё в 1970-е гг. (Глущенко, 1981; Нечаев, 1989).

К югу от очерченной границы колпица гнездится в сев. Крыму — на Лебяжьих о-вах, в Каркинитском заливе и на Сиваше (Сиохин, 2000). Обычна в Вост. Приазовье, по долине Маныча, в дельтах Волги и Терека (Бондарев, 1979; Казаков и др., 2004; Гаврилов, 2005; Сыроечковский, 2005), а также на равнинных водоёмах Азербайджана (Виноградов, 1967; Коновалова, 1979; Султанов, 2000; Patrikeev, 2004 и др.). В первой половине XX в. размножалась на оз. Севан и в долине р. Араке в Армении (Ляйстер, Соснин, 1942; Даль, 1954), но позже гнездование там не отмечали, хотя в 1980-1990-е гг. летом регулярно регистрировали одиночек и группы птиц (Adamian, Klem, 1999).

В Средней Азии гнездится местами на озёрах в дельте Аму-Дарьи, по Сыр-Дарье, в долинах Чу, Или, Каратала и других рек в Юж. Прибалхашье (Долгушин, 1960; Сагитов, 1987). В Узбекистане сейчас заселила также водохранилища, фильтрационные и сбросные озёра вдоль Каршинского и Аму-Бухарского каналов и в других местах (Шерназаров, 2003). В Туркмении прежде обитала по долинам Мургаба, Теджена, Атрека (Дементьев, 1952), в последнее же время эпизодически гнездится, по-видимому, лишь на оз. Делили в низовьях р. Атрек (Венгеров, 1975; Караваев, 1991). В 1984 г. первые гнездовья появились на искусственном сбросном оз. Сарыкамыш на севере Каракумов (Чернов, 1990; Эминов, 1999). В Таджикистане в начале XX в., по наблюдениям Н. А. Зарудного, возможно размножалась в тугаях по р. Кафирниган, Вахш и Пяндж, затем птицы исчезли оттуда, но с 1987-1990 гг. они вновь регулярно гнездятся в Тигровой балке в низовьях Вахша (Иванов, 1969; Абдуса-лямов, 1971). В Киргизии колпица изредка встречается на пролёте в верхней части Чуйской долины и в котловине оз. Иссык-Куль (Шнитников, 1949; Янушевич и др., 1959; Умрихина, 1970; Федянина, 1990) (рис. 89).

Рисунок 89. Ареал колпицы в Вост. Европе и Сев. Азии:

Рисунок 89. Ареал колпицы в Вост. Европе и Сев. Азии:
а — современная область гнездования, б — области гнездования, исчезнувшие во второй половине XX века, в — места зимовок.



В прошлом граница ареала проходила значительно севернее. Так, до XVII в. колпица регулярно гнездилась в Великобритании (Мензбир, 1918; Cramp, 1977; Snow, Perrins, 1998), в конце XIX в. отмечалось её гнездование в Украинском Закарпатье (Страутман, 1963; Грабар, 1997), тогда же нередко она встречалась на Пинских болотах в верховьях р. Припять в Белоруссии (Шнитников, 1913; Мензбир, 1918). О гнездовании колпицы в Челябинском и Шадринском уездах Зауралья сообщал Л.П.Сабанеев (1874). В первой половине XX в. колпиц отмечали на гнездовье на оз. Кушмурун, а также на оз. Тениз в низовьях р. Убаган на самом севере Кустанайской обл. (Деревягин, 1930, 1934). Вероятно на эти же находки ссылался Е.П. Спангенберг (1951), приводя колпицу для района Кургана на юге Зап. Сибири. В начале XX в. она возможно гнездилась в устье р. Абакан в Минусинских степях Хакасии (Сушкин, 1914), а П. С. Паллас (Pallas, 1811, цит. по: Мензбир, 1918) включал в ареал колпицы также Барабинские озёра и р. Селенгу в Забайкалье, где позже эту птицу на гнездовье никто не регистрировал. В XIX в. Пржевальский (1870) отмечал большие колонии близ оз. Ханка, но к концу XX в. колпица там, по-видимому, почти полностью исчезла (Шульпин, 1936; Воробьёв, 1954; Панов, 1965; Глущенко, 1979, 1981; Нечаев, 1989; и др.). Периодическая перекочёвка колоний с места на место или полное исчезновение колпиц из отдельных районов вызываются обычно изменениями в их гнездовых или кормовых местообитаниях; эти изменения связаны с пересыханием степных озёр или затоплением островов вследствие синоптических флуктуаций, с выгоранием тростниковых крепей (Сушкин, 1908) или их естественным старением (Казаков, Ломадзе, 1990; Гринченко, 2004), а также с антропогенной трансформацией ландшафтов. Но при восстановлении благоприятных условий колпицы могут вновь возвращаться на прежние места гнездования (Шевченко и др., 1993; Дебело, 2002; и др.).

Сокращение ареала и численности, наблюдавшееся до 1980-х гг. во многих странах Европы, включая Украину (Tucker, Heath, 1994; Bird Life International..., 2000), сейчас сменилось там, судя по последним данным, ростом численности и расселением птиц (Сиохин, 2000; BirdLife International, 2004). Колпица вновь загнездилась, например, в Великобритании (BirdLife International, 2004), появилась в нескольких колониях в Чехии и Словакии (Hagemeijer, Blair, 1997; Snow, Perrins, 1998), где до этого лишь в 1949 г. было отмечено 1 гнездо (Hudec, Сету, 1972). Возможно, с расселением колпиц на север, связано недавнее появление их гнездовий в Заволжье и Зауралье (Хрустов и др., 1995; Коршиков, Шубин, 2002). Расселение было обусловлено, вероятно, как охраной птиц, так и потеплением и увлажнением климата, улучшившим кормовую базу и позволившим продлить гнездовой период и повысить репродуктивный успех птиц за счёт повторных попыток размножения.

Зимовки

Западноевропейские популяции зимуют почти исключительно на побережье Мавритании, мигрируя туда, в основном, вдоль берегов Атлантики, редко удаляясь от них более чем на 100 км в глубь суши (Brouwer, 1964). Центральноевропейские популяции из бассейна Дуная зимуют, судя по материалам кольцевания (Харашти, 1978; Muller, 1984), в основном, на северном побережье Африки, а также на юге Италии и Греции, изредка залетая в Экваториальную Африку (Нигерия, Судан). По всей видимости, к этой же популяции относятся и птицы из юго-запада Украины. Судя по отсутствию выраженных миграций на северном берегу Азовского моря и в низовьях Дона, а также на Черноморском побережье Кавказа (Тильба, 1999; ориг.), колпицы с Сиваша, вероятно, тоже улетают через дельту Дуная на запад, а затем на юг. Об этом же свидетельствует западное направление сентябрьского пролёта птиц в районе г. Джанкой в Крыму (Гринченко, 1991).

Птицы из Юж. России (Приазовье, Маныч) зимуют, по данным мечения, в основном на юге Пакистана и Ирана, улетая с мест гнездования сначала на юго-восток, а затем вдоль берегов Каспия — на юг. Прикаспийские птицы (из дельты Волги, а также — из Дагестана и Азербайджана) мигрируют вдоль западного берега Каспийского моря, а затем через Иран в Индию (Сапетин, 1978). Птицы из Сев. Казахстана летят, вероятно, вдоль восточного берега Каспия (Исаков, Воробьёв, 1940; Караваев, 1991), а также по долинам крупных рек (Дементьев, 1952; Пославский, Ширеков, 1990), тоже направляясь, по-видимому, в Индию. Наконец, птицы из Вост. Сибири и Монголии зимуют в восточном Китае (Спангенберг, 1951). До 1870 г. они регулярно зимовали в Японии, но сейчас встречаются там редко, вероятно в связи с сокращением численности восточных популяций (Панов, 1973; del Hoyo et al., 1992).

Колпицы изредка встречаются зимой также и на территории Сев. Евразии. Так, их отмечали в Ленкорани (Loudon, 1909), хотя позже зимовки этих птиц в Вост. Закавказье отрицались (Спангенберг, 1951; Смогоржевський, 1979). Однако на оз. Акгёль 8 из 11 зимовавших птиц благополучно выжили даже в суровую зиму 1963/64 г. (Виноградов, 1967). Кроме того, однажды, по данным мечения, взрослая колпица была добыта 1 декабря в Азербайджане близ места кольцевания (Сапетин, 1978г). В декабре и январе (1988-1992 гг.) одиночки и группы птиц до 3-6 особей несколько раз регистрировались также в Армении в долине р. Араке (Adamian, Klem, 1999). А зимой 2005/06 г., по сведениям В. Н. Мосейкина, группа из 10 колпиц благополучно перезимовала на Новотроицком вдхр. близ г. Ставрополя.

В середине декабря 1967 г. одиночных колпиц наблюдали в верховьях Сыр-Дарьи на севере Таджикистана — на островах Кайраккумского вдхр. (Абдусалямов, 1971). Одиночная птица была отмечена 28 декабря в низовьях р. Вахш (Потапов, 1958). Имеются сведения о нерегулярных зимовках колпиц в Узбекистане, где их отмечали в декабре и феврале (Сагитов, 1987), а в долине р. Сурхан-Дарья в первой декаде февраля наблюдали будто бы их «отлёт с зимовок» (Остапенко, 1974, цит. по: Сагитов, 1987). В последние десятилетия, с появлением лиманов в низовьях р. Атрек, колпицы изредка стали оставаться на зиму также в Туркмении. Например, у пос. Гасан-Кули 9 птиц были учтены в январе 1987 г., 55 особей — в декабре 1988 г. и 24 колпицы — в январе 1989 г. (Караваев, 1991).

Миграции

Сроки появления первых птиц весной определяются, в основном, погодными условиями в местах гнездования. В отдельных регионах Сев. Евразии прилёт регистрируется с середины февраля до начала мая. В целом период миграции весьма продолжителен, поскольку отдельные группы птиц — вероятно, разного возраста (Brouwer, 1964) — прилетают в колонии асинхронно, и их возвращение с зимовок растягивается иногда на 2-3 месяца. Так, в долине Зап. Маныча на оз. Казинка колония колпиц формировалась в 1977 г. с конца марта до июня, а в 1979 г. на Веселовском вдхр. — с середины марта до июня (Казаков и др., 2004). На Сивашах подселение колпиц в колонии продолжается с конца марта до начала мая (Гринченко, 2004).

В дельту Дуная колпицы прилетают в феврале-марте. В 1953 г. первая птица отмечена там 17 февраля, но основная масса появилась к 27 марта (Смогоржевський, 1979), в 1976— 1978 гг. прилёт отмечали, соответственно, 18, 6 и 9 марта (Петрович, 2000), а в 1981-1983 гг. — 26, 28 и 30 марта (Панченко, Балацкий, 1991). В Румынии прилёт колпиц регистрировали с 20 марта, но обычно он происходит 10-15 апреля (Vespremeanu, 1968). На Лебяжьих о-вах в сев.-зап. Крыму прилёт первых птиц отмечался с начала февраля до начала мая, причём в последние годы колпицы появлялись там всё раньше (Костин, Тарина, 2004). По данным этих же авторов (Костин, Тарина, 2002, 2005), средняя дата прилёта в 1989-2003 гг. (п = 14) приходилась на 21 марта (3 февраля 1991 — 3 мая 1992). Основной же пролёт на северо-западе Крыма идёт в конце марта — начале апреля, а последние пролётные стаи встречаются до мая (11 мая 1992 г., 26 мая 1993 г.).

В Азербайджане под Ленкоранью первых птиц отмечали уже 19 и 27 февраля (Radde, 1884, цит. по: Мензбир, 1895), а выраженный пролёт идёт там с начала апреля (Исаков, Воробьёв, 1940). В Кызыл-Агачском заповеднике появление первых птиц регистрировали 31 марта 1958 г. и 14 апреля 1959 г., а на оз. Акгёль — 27 марта 1962 г. и 19 марта 1963 г. (Виноградов, Чернявская, 1965; Виноградов, 1967). В устье р. Самур на юге Дагестана весенний пролёт, направленный на северо-запад вдоль берега моря, в 1980 г. начался в конце марта и продолжался до 5-й пятидневки апреля (до окончания наблюдений); наиболее интенсивно он шёл во 2-й пятидневке апреля. Однако в целом численность мигрантов была невелика — 372 особи за 3 года наблюдений (Михеев, 1991). По данным В. Т. Бутьева с соавторами (1989), пролёт там начинается во второй декаде марта, в конце марта — начале апреля наблюдается первый пик миграции, затем в конце апреля — второй; активный же пролёт продолжается до 9 мая.

В Предкавказье (Кубань, Маныч, дельта Терека) колпицы появляются обычно вскоре после того, как водоёмы освобождаются ото льда: в 3-й, реже — во 2-й декадах марта, иногда — в конце февраля, а в годы с холодной весной — в апреле (Олейников и др., 1975; Хохлов, 1990в). По данным Б. А. Казакова с соавторами (2004), в течение 1960-1980-х гг. в Восточном Приазовье и на Зап. Маныче прилёт колпиц дважды был отмечен во 2-й декаде марта (1979,1984 гг.), в 3-й декаде наблюдался 12 раз, а в 1-й декаде апреля — 2 раза (1980, 1982 гг.). Лишь однажды птицы появились в начале 3-й декады апреля (1987 г. — Веселовское вдхр.). Массовый же прилёт колпиц в Предкавказье регистрируется обычно в первой декаде апреля.

В дельту Волги колпицы прилетают обычно в начале апреля, но в годы с мягкой зимой они могут появляться и раньше. В 1938-1959 гг. даты их прилёта колебались между 15 марта (1955 г.) и 15 апреля (1959 г.), в среднем (п = 14) — 4 апреля. Массовый же прилёт наблюдался примерно через 2 недели после появления первых птиц, т.е. в середине апреля (Луговой, 1963).

В Туркмении в прошлом колпицы мигрировали с середины марта до мая (Дементьев, 1952), причём в устьях р. Атрек они держались в большом количестве вплоть до середины мая (Radde, Walter, 1889). Но к концу XX в. их прилёт стал отмечаться там значительно раньше — с конца февраля — начала марта. Заметное увеличение числа птиц наблюдали во 2-й половине марта, а пик пролёта (до 100-1 100 особей, или, в среднем, 361 птица за 1 учётный день) приходился на апрель. Небольшие группы задерживаются на Атреке до середины мая, а иногда их встречали там в июне и даже в июле (Караваев, 1991).

В Узбекистане мигрирующих колпиц изредка регистрируют с марта (Сагитов, 1987; Лукашевич, 1995). На юге Казахстана первые птицы появляются иногда уже в начале марта, но чаще — в конце этого месяца; прилёт наблюдается в период перехода средних температур воздуха от 5 до 10 °С (Сема, 1989). В низовья Сыр-Дарьи колпицы прилетают между 15 и 25 марта, массовый прилёт наблюдается во 2-й декаде апреля, заканчиваясь к концу апреля. В низовьях Тургая передовых птиц встречали 27-28 апреля, на оз. Сорбулак близ Алма-Аты — 4 апреля (Сема, 1989). В Алакольской котловине и на оз. Зайсан колпица появляется в конце марта — начале апреля. На соседнем оз. Маркаколь в горах Юж. Алтая залётных птиц регистрировали 3 апреля 1983 г. (Березовиков, 1989). В Центр. Казахстане на Кургальджинских озёрах наиболее ранняя встреча зафиксирована 21 апреля 1971 г. (Кривицкий и др., 1985). В устье р. Урал колпицы появлялись в конце марта, а на Мангышлаке последних мигрантов видели вплоть до середины мая (Смирнов, 1916; Спангенберг, 1951; Долгушин, 1960). В Приморье, на оз. Ханка, прилёт колпиц Н. М. Пржевальский в 1868-1869 гг. отмечал 3-14 апреля. В долине р. Раздольная у г. Уссурийска наиболее ранние встречи в разные годы отмечались с 23 марта по 1 апреля, а наиболее поздние — 18 и 29 апреля (Глущенко, Липатова, Мартыненко, 2006).

В целом по фенологическим данным хорошо прослеживается поступательное направление весеннего пролёта на восток вдоль северо-западного побережья Чёрного моря и на север — вдоль берегов Каспия. На Маныч и Кубань колпицы прилетают, вероятно, с востока, но фактические наблюдения над континентальным перелётом птиц через Предкавказье весьма ограничены (Бичерев, Хохлов, 1990). Собранный материал чётко демонстрирует также сдвиг сроков весеннего прилёта в последние десятилетия на более ранний период, что связано, вероятно, с потеплением климата.

Последние весеннепролётные колпицы составляют, по-видимому, волну дисперсантов, состоящую из молодых птиц, которые в ходе миграций часто залетают за пределы гнездового ареала. В Чехословакии, например, наибольшее количество залётных колпиц (около 50%) отмечалось именно в мае-июне (Hudec, Сету, 1972). В ходе этой дисперсии птицы, очевидно, импринтингуют районы, подходящие для гнездования, чтобы в последующем возвратиться туда на размножение. Так, в дельте Днестра, где колпицы размножались до 1952 г., их майские залёты начали регулярно регистрировать в 1970-е гг. (5 особей — в 1972 и 1973 гг., 10 — в 1974 г., 2 — в 1975 г.), в 1976 г., после 20-летнего перерыва, было найдено их первое гнездо с кладкой, а с 1983 г. птицы стали гнездиться там постоянно (Смогоржевський, 1979; Русев, 2004).

Летом, после вылета птенцов, основная масса колпиц долгое время — с середины июля до августа-сентября — кочует в районах своих гнездовий. В сентябре часть молодняка разлетается, улетая иногда за 300-700 км на северо-запад — север — северо-восток от колоний. В это же время нередко отмечаются дальние залёты и у взрослых колпиц (Сапетин, 1978г). В Западной Европе залётные птицы регистрировались к северу до Исландии и Норвегии (Snow, Perrins, 1998), в Европейской России — до Архангельской обл. (Спангенберг, 1951) и Татарстана (Рахимов, 1998), а в Сибири — до широты Екатеринбурга (Сабанеев, 1874; Тарасов, 2004), Омской и Томской обл. (Иоганзен, 1914; Гынгазов, Миловидов, 1977; Якименко, 1995; Рябицев и др., 2001 и др.), до среднего течения Енисея (Архипов, 2002; Бурский и др., 2003), Среднего Байкала (Мельников, 2000а) и о. Итуруп Курильской гряды (Bergman, 1935, цит. по: Нечаев, 1969).

Отлёт колпиц на зимовку из Зап. Причерноморья происходит в сентябре, последние птицы отмечались там 10 сентября 1952 г. и 24 сентября 1953 г. (Смогоржевський, 1979) или в начале октября (Петрович, 2000). В Румынии они исчезают 15-25 октября (Vespremeanu, 1968). В Крыму запоздавших птиц наблюдали 18 ноября 1965 г. и 17 ноября 1978 г. (Костин, 1983; Костин, Тарина, 2005). Обычно же их отлёт заканчивается там к концу сентября — началу октября, а последних колпиц регистрировали с 11 сентября (1995 г.) по 4 ноября (1994 г.), в среднем за 1994-2002 гг. (п = 9) — 4 октября (Костин, Тарина, 2002, 2005).

В дельте Кубани в сентябре колпицы ещё обычны, встречаясь стаями до 100-150 особей. К концу этого месяца их численность заметно сокращается, а в начале октября они улетают (Винокуров, 1960). На Зап. Маныче их регулярно наблюдают в сентябре, последние встречи отмечали 20 октября 1989 г. и 12 октября 1987 г. (Казаков и др., 2004).

Из дельты Волги, по данным А. Е. Лугового (1963), отлёт идёт в сентябре, а к началу октября, в основном, заканчивается. Но отдельные группы и особи встречаются вплоть до ноября: 21 ноября 1934 г. (17 птиц), 18 ноября 1957 г. (10), 8 ноября 1958 г. (4). В дельте Терека птицы начинают выраженные миграции с конца августа, но иногда задерживаются до 18-22 ноября (Казаков и др., 2004). В устье р. Самур пролёт птиц на юго-восток регистрируется с середины августа, пик миграций наблюдается в конце этого месяца (65% мигрантов), а затем в начале октября (32%), последние же колпицы отмечены 21 ноября 1981 г. (Бутьев и др., 1989; Михеев, 1991). В Вост. Закавказье у Хармандали появление первых пролётных стай прослежено в конце августа (Спангенберг, 1951), последних птиц наблюдали 8 ноября 1957 г., 9 октября 1958 г. и 23 октября 1959 г. — в Кызыл-Агаче и 22 ноября — на оз. Акгёль (Виноградов, Чернявская, 1965; Греков, 1965; Виноградов, 1967). В Индии большие скопления колпиц появляются в октябре (Cramp, 1977).

В Казахстане отлёт начинается в августе и приобретает массовый характер в сентябре. В нижнем течении Урала миграцию наблюдали с 9 по 28 сентября (Сема, 1989). Устье р. Урал птицы покидают в сентябре-октябре (Карелин, 1875; Бостанжогло, 1911; Березовиков, Гисцов, 2001), но отдельные особи задерживаются до 23 ноября (Спангенберг, 1951). На Сыр-Дарье слабый пролёт идёт между 2 сентября и 17 октября (Сема, 1989), а на юге Казахстана последние птицы исчезают в конце октября — начале ноября (Долгушин, 1960). В низовьях р.Сарысу последних птиц встречали 17 сентября, на р. Тургай — между 17 сентября и 12 октября (Сема, 1989), в дельте р. Или — 10 октября (Мищенко, 1991). В Центр. Казахстане на Кургальджинских озёрах наиболее поздние встречи зафиксированы 9 сентября 1977 г., 23 сентября 1975 г., 26 сентября 1969 г. (Кривицкий и др., 1985). В Алакольской котловине последние встречи приходятся на 5 октября, на оз. Сорбулак близ Алма-Аты — 8-14 октября (Сема, 1989; Хроков, 1991).

В Узбекистане колпицы задерживаются обычно до начала октября, редко — до середины этого месяца (Сагитов, 1987). В Туркмении в низовьях р. Атрек первые стаи появляются в конце августа, пик миграции приходится на сентябрь (до 150-180 особей за 1 учётный день); во 2-й половине октября колпицы встречаются реже, а последние отмечаются до конца 2-й декады ноября (Караваев, 1991). В некоторые годы птицы бывают там многочисленны во 2-й половине октября (Исаков, Воробьёв, 1940).

В общем, в последние десятилетия, в связи с более ранним прилётом и гнездованием, прослеживается и несколько более ранний отлёт основной массы птиц на зимовки. Но запоздавшие особи (возможно, из повторных выводков) задерживаются на местах гнездовий дольше прежнего. Чаще они стали оставаться и на зиму. Взрослые колпицы осенью улетают обычно раньше молодых (Скокова, 19596). Их миграции наблюдаются преимущественно во второй половине дня. Стаи летят обычно на высоте 40-200 м. Размеры их сравнительно небольшие — 5-10, редко до 60 особей (Бутьев и др., 1989; Михеев, 1991). Над морскими акваториями птиц наблюдают очень редко (Кошелев и др., 1991).

Местообитание

Гнездовые и кормовые стации у колпиц, как правило, разобщены и существенно различаются. В результате птицы вынуждены совершать регулярные кормовые миграции, иногда на расстояние до 10-15-25 км (Спангенберг, 1951; Лукашевич, 1995; Platteeuw et al., 2004).

Кормятся птицы обычно на илистых мелководьях глубиной до 35 см, доступных им по длине ног, но чаще — на отмелях до 20-25 см, соответствующих длине клюва (Скокова, 19596). Предпочитают различные открытые, лишённые надводной растительности водоёмы: лагуны, заливы и берега морей, озёр, прудов, равнинных рек. Очень охотно используют временные пересыхающие водоёмы, в которых концентрируются мальки рыб, головастики, различные водные беспозвоночные. Нередко кормятся на рисовых полях до их зарастания. Во время весенне-летних паводков птицы часто посещают залитые луга с мелкой, прогретой водой. В дельте Волги прослеживается сезонная смена кормовых стаций: весной — в заливах на взморье, а летом, когда глубины в море из-за паводка повышаются, колпицы перемещаются на луга. В связи с этим сенокосы и палы тростника на пойменных островах могут значительно расширять и улучшать кормовые местообитания колпицы (Луговой, 1963). В августе, с обсыханием полоев, колпицы вновь откочевывают на взморье (Скокова, 19596). На зимовках они придерживаются аналогичных местообитаний (del Hoyo et al., 1992).

Гнездится колпица в трёх различных типах биотопов. Основным из них являются, вероятно, тростниковые массивы на водоёмах, обычно — плавневого типа, реже — небольшие тростниковые острова, иногда прибрежные бордюрные заросли. Поселения колпицы в таких условиях встречаются по всему её ареалу, а в безлесных дельтовых районах — в частности, в Вост. Приазовье — они преобладают (Белик, Динкевич, 2004). Основные гнездовья колпиц в Казахстане сейчас тоже приурочены к тростниковым зарослям на трудноступных водоёмах в дельтах рек (Урал, Или, Тентек, Чёрный Иртыш) или на замкнутых системах степных озёр (Кургальджино, Наурзум).

Второй тип биотопов — древесные формации. Это преимущественно ветловые (с Salix alba), местами туранговые (с Populus diversifolia) или джидовые (с Elaeagnus angustifolia) леса по берегам речных проток и озёр, в которых колпицы гнездятся в дельте Волги, на Среднем Дунае, иногда — по Сыр-Дарье и др. В начале XIX в. гнездование на деревьях отмечалось также для бассейна Дона (Кондратьев, 1885). В дельте же Волги (Бондарев, 1979), в 1973-1974 гг. насчитывалось 12 лесных колоний, в которых гнездилось 1 157 пар колпицы (96% местной популяции). Промежуточное положение между лесными и тростниковыми колониями занимают кустарниковые поселения, размещающиеся обычно среди болот на густых высоких кустах различных видов ивы (Salix cinerea, S. triandra) или тамариска (Tamarix sp.). Такие колонии изредка встречаются в разных районах (Азербайджан, дельта Волги, Приморье и др.). Иногда колпицы гнездятся на одиночных кустах или деревьях близ водоёмов — например, на саксауле в Сарыкамышской впадине (Чернов, 1990).

Третий тип гнездовых биотопов — небольшие открытые сухие острова, где колпицы селятся среди зарослей лебеды, мари, крестовников и другого разнотравья. Подобные колонии наиболее характерны для островов оз. Маныч-Гудило, на которых колпицы начали гнездиться в 1960-е гг. вскоре после создания Пролетарского вдхр. на р. Зап. Маныч. Наблюдаются они также на Лебяжьих о-вах в Крыму. В большинстве случаев на такие острова колпицы переселялись вынужденно из-за исчезновения тростниковых зарослей вследствие засоления водоёмов или размыва и затопления прибрежных кос. Поэтому тростниковые островки используются колпицами в этих случаях, как правило, до последней возможности. На островах они придерживаются обычно экотонных сообществ между сухими злаковыми плакорами и периодически заливаемыми понижениями, где обильно разрастается грубое высокотравье, необходимое птицам для строительства гнёзд (Линьков, 1988).

Гнездятся колпицы обычно в смешанных поселениях голенастых и веслоногих птиц, изредка также вместе с грачами в пойменных лесонасаждениях. Иногда они формируют самостоятельные колонии. В смешанных поселениях колпицы образуют, как правило, несколько обособленные довольно плотные агрегации гнёзд, нередко соприкасающихся друг с другом.

Численность

Общая численность мировой популяции составляет до 40-60 тыс. особей (Rose, Scott, 1994). В Европе, по экспертным оценкам и учётным данным, в 1980-е и 1990-е гг. гнездились, соответственно, 6-10 и 8,9-15,0 тыс. пар, в том числе в европейской части России — 2 300-2 800 и 2 500-3 000, на Украине — 300-800 и 200-250 и в Молдавии — 10-20 и 0-20 пар. Кроме того, в начале XXI в. 800-2 500 пар обитало в Азербайджане. Остальные птицы гнездились, в основном, в Румынии (750 и 1 100-1 500 пар), Венгрии (600-750 и 850-1 200), Нидерландах (400-530 и 1 000-1 270), Испании (675 и 1 000-2 500), а также в Турции (500-3 000 и 600-1 200 пар) (BirdLife International..., 2000, 2004). В Индии, по учётам 1987-1989 гг., обитало 1 765-5 017 особей (Пракаш, 1990).

В бывш. СССР в 1973-1977 гг. насчитывалось 3,7, а в 1986-1987 гг. — 4,5 тыс. пар. Отмеченное увеличение численности связывали с развитием в Палеарктике благоприятной для лимнофилов прохладно-влажной климатической фазы, а также с улучшением охраны птиц, отчасти — с большей полнотой учёта (Флинт и др., 1991). В России в 1980-е гг. было учтено около 3 тыс. пар, на Украине — 500-750, в Казахстане — 550-580, в Азербайджане — 411, в Молдавии — 12 пар (Стоцкая, Кривенко, 1988). В 1990-е гг., по данным республиканских Красных книг, в России (2000) гнездилось 1,6-2,4 тыс. пар, на Украине (1994) — около 250 пар, в Казахстане (1996) — 400-650 пар, в Узбекистане (2003) — около 400 пар.

Всего на Украине в 1984-1985 гг. было учтено 230 и 750 пар, в основном в дельте Дуная (Ардамацкая и др., 1988), а в 1998 г. — 213 пар, преимущественно в Северном Крыму (Сиохин, 2000). Сейчас колпица гнездится на Украине в 5 районах (табл. 40): в дельтах Дуная и Днестра, нерегулярно на Тилигульском лимане в Одесской обл., на Лебяжьих о-вах в Крыму и на Сивашах (Смогоржевський, 1979; Костин, 1983; Сиохин, 2000; Костин, Тарина, 2002, 2004; Русев, 2004; и др.). В украинской части дельты Дуная она сохранилась сейчас лишь в одной колонии на оз. Кугурлуй близ г. Измаил, где в 2002 г., по сообщению И. И. Черничко, насчитывалось около 130 пар, хотя в 1978-1979 гг. на Дунае в 3-6 колониях гнездилось 180-250 пар, в 1985-1986 гг. — 100-160 пар (Жмуд, 2000; Петрович, 1981, 2000; Потапов, 2001), а по данным других авторов — даже до 630-800 пар (Панченко, Чёрный, 1986; Панченко, Балацкий, 1991; Кошелев и др., 1991). После 1990 г. большинство этих поселений распалось, и в настоящее время в дельте Дуная основная часть гнездовий сосредоточена в Румынии, где в 2001-2002 гг. было известно 7-9 колоний общим числом 218-339 пар (Platteeuw et al., 2004).

Таблица 40. Динамика численности колпицы на водоёмах Украины в 1983-2004 гг.,
в парах (по: Панченко, Чёрный, 1986; Жмуд, 1999; Сиохин, 2000; Потапов, 2001; Костин, Тарина, 2002, 2004; Гринченко, 2004; Русев, 2004; Platteeuw et al., 2004)
Годы:8384858687888990919293949596979899000102030–4
Дунай, дельта2306301602201035900000500000130
Днестр, дельта41518268812109101425103065554070123
Тилигул, лиман00024
Лебяжьи о-ва000011000235241952418182102109116
Зап. Сиваш5
Вост. Сиваш10492181616017721182040


В дельте Днестра в 4 колониях сейчас гнездится 10-70 пар. Там они размножались до 1952 г., затем надолго исчезли, вновь появившись в 1976 г., и с 1983 г. гнездятся постоянно, испытывая лишь депрессии численности после морозных зим. В верховьях Тилигульского лимана в 1998 г. в 2 колониях голенастых обнаружены 24 пары этих птиц. На Лебяжьих о-вах первые единичные пары загнездились в 1976 г., затем — в 1987-1988 гг., а с 1992 г. их численность начала увеличиваться и к началу XXI в. достигла 102-116 пар. На Сивашах в Крыму колпицы регулярно гнездятся с 1983 г. Там в Джанкойском заливе численность с 4-5 пар в 1989 г. постепенно увеличилась до 100 пар в 1998 г. Кроме того, в 1990-е гг. небольшие поселения эпизодически отмечались ещё в 6-7 колониях голенастых на Сивашах (Сиохин, 2000).

В России основные гнездовья сосредоточены сейчас в долине Маныча — на многочисленных островах оз. Маныч-Гудило, образовавшихся в 1950-е гг. в связи с созданием Пролетарского вдхр. (табл. 41). Здесь в 1968-1969 гг. было учтено 208-349 пар, в 1970-е гг. — 240-360 пар, в 1980-е гг. — 400-925 пар, а в 1990-1991 гг. — 400-660 пар (Языкова, Казаков, 1975; Кривенко, 1981; Казаков и др., 1988; Линьков, 1988; Казаков, Ломадзе, 1991, 1992; Казаков и др., 2004). В последние годы полные учёты птиц на Маныче не проводились, но судя по эпизодическому мониторингу отдельных колоний, общая численность колпиц, колеблясь из-за их переселения с острова на остров, остаётся, по-видимому, относительно стабильной (Белик, 2004).

Таблица 41. Минимальная численность гнездящихся колпиц в долине Маныча в 1968-1991 гг.,
в парах (по: Падутов и др., 1975; Языкова, Казаков, 1975; Кривенко, 1981; Казаков и др., 1988; Линьков, 1988; Казаков, Ломадзе, 1991, 1992). В 1971 и 1988-1989 гг. учёты не проводились
Водоём, год686970727374757677787980818283848586879091
Веселовское вд. вдхр.63185135555384358028446180?
оз. Казинка120933894436420000440
Запад Маныча19828131659280
Центр Маныча34920810330025032421022020029124028824723531642037636813140110
Восток Маныча3866914169100123191167220165273276194200270
Лысый Лиман9749117
Чограйское вд. вдхр.5
оз. Соста-Дада9292103112135


Большие колонии известны местами также на других водохранилищах Манычской долины, на озёрах и лиманах в прилежащих к Манычу степях. Так, на Усть-Манычском вдхр. в 1940-1960-е гг. гнездилось 25-50 пар (Олейников и др., 1975), в низовьях Веселовского вдхр. в 1960-е гг. обитало 250-300, а в 1977-1990 гг. — от 28 до 185 пар (Языкова, 19706; Казаков, Ломадзе, 1991; Казаков и др., 2004). В 2001-2003 гг. 20-30 пар размножалось также на Курниковом лимане в Ремонтненском р-не Ростовской обл. (Белик, 2004).

В Калмыкии, кроме оз. Маныч-Гудило, колпица гнездится на Чограйском вдхр. (р. Восточный Маныч), на Сарпинских и Состинских озёрах и др. Общую численность колпицы на этих водоёмах А.Б. Линьков (2000) оценивал в 400-550 пар, из которых 150-200 пар размножается на оз. Деед-Хулсун (Свиридова, Зубакин, 2000; Музаев и др., 2004). В 6 поселениях на внутренних водоёмах Ставропольского края (озёра Дадынские, Солёное, Хунд-Хур, Бурукшунские лиманы, устье р. Калаус и др.) гнездится 120-170 пар (Хохлов, Бичерев, 1986а; Хохлов, 1990в; 1993; Хохлов и др., 2005).

В Восточном Приазовье на многочисленных лиманах в низовьях Кубани, Бейсуга, Чел-баса, Ей и других рек в 1953-1954 гг. в 4 колониях было учтено 250-300 особей (Винокуров, 1959а), в 1986-1989 гг. выявлено 7 колоний общей численностью 235 пар, а в 1990— 1992 гг. — 10 колоний с 323 парами (Емтыль и др., 1989,2003). Однако размещение гнездовий здесь непостоянное, и контролировать их в труднодоступных плавнях весьма трудно. Поэтому общая численность колпиц в Приазовье, несомненно, занижена. Так, в 1966-1970 гг. их популяция на Кубани резко снизилась (Очаповский, 1971), однако в эти же годы только на Ахтарском лимане было обнаружено 200 пар (Борисов, 1977). Ещё одна неизвестная колония из 150-200 пар выявлена при авиаучётах в 1999 г. на лимане близ с. Могукоровка в Калининском р-не Краснодарского края (Белик, Динкевич, 2004).

На Нижнем Дону, у северной границы ареала, колпица с 1986 г. регулярно гнездится на оз. Монастырское близ г. Аксай (до 3-5 пар), в 1980-е гг. несколько лет отмечалась в колониях голенастых птиц на прудах Новочерскасского рыбхоза (до 4-16 пар), в 1984 г. найдена на озере в низовьях р. Сал (1 пара), а в 1991 г. — в верховьях этой реки (до 10 гнёзд) (Белик, 2003; Белик, Динкевич, 2004; Казаков и др., 2004). В июне 1975 г. 9 колпиц наблюдали у цапельника на Цимлянских песках на северном берегу Цимлянского вдхр. (Чернобай, 2004).

В бассейне Волги самые северные колонии располагаются на оз. Сарпа (20-35 пар), на Большом лимане близ г. Волжский (5-10 пар) и в верхней части Волго-Ахтубинской поймы (до 10-20 пар) (Коленов, 1981; Чернобай, Букреев, Сохина, 2000; Чернобай, 2004). Всего в Волго-Ахтубинском междуречье в 1970-е гг. гнездилось 200 пар, а в 1990-е гг. — 100-150 пар (Кривенко, 1983; Линьков, 2000), но в настоящее время колония в южной части Волго-Ахтубинской поймы исчезла в связи с вырубкой леса (Русанов, 2004).

В дельте Волги после глубокой депрессии в начале XX в. численность колпиц к 1930-м гг. увеличилась до 500 пар и к середине 1940-х гг. достигла 2,5 тыс. пар. В 1955 г. там гнездилось 1,5 тыс. пар, в 1968 г. — 0,9 тыс. пар, в 1973-1974 гг. — 1,2 тыс. пар в 14 колониях, а в 1980 г. — 500 пар (Кривенко, 1975, 1983). Затем в течение 1980-х гг. численность птиц снизилась до 200-400 пар, гнездившихся в 8 колониях, а в 1995 г. в дельте Волги было учтено лишь 55 пар (табл. 42). В последующие годы наблюдался рост численности до 200-400 пар, в том числе 50-100 пар гнездилось в 3-5 лесных колониях в островной дельте и 150-200 пар — в одной колонии среди западных «подстепных» ильменей (Гаврилов, 2002). Сейчас в дельте Волги известны всего 4 колонии, в которых в 2001 г. насчитывалось 285, а в 2003 г. — 140 пар (Гаврилов и др., 2003; Гаврилов, 2005).

Таблица 42. Динамика численности колпицы в дельте Волги
Годы Астраханский заповедник Дельта Источник
взрослые особи пары пары
1934240Сыроечковский, 2005
19356100,5 тыс.Кривенко, 1975; Сыроечковский, 2005
19391542Сыроечковский, 2005
19452,5 тыс.Кривенко, 1975
19482957Сыроечковский, 2005
195013952790Сыроечковский, 2005; Скокова, 1959
19514862Скокова, 1959
19521670Скокова, 1959
195311401140~1700Сыроечковский, 2005; Скокова, 1959
1954850Скокова, 1959
19556461,5 тыс.Скокова, 1959; Кривенко, 1975
1956400Скокова, 1959
1958808Скокова, 1959
19680,9 тыс.Кривенко, 1975
1973-741206Бондарев, 2005
1974164Кривоносов, Гаврилов, 1981
1975-7925–46Кривоносов, Гаврилов, 1981
1980416Гаврилов, 1984, 2005
1985357Гаврилов, 2002, 2005
1987310Русанов, 2004
1991Гаврилов, 2002, 2005
199555Гаврилов, 2002, 2005
1997-03135–410Гаврилов, 2002, 2005; Гаврилов и др. 2003; Русанов, 2004


В Дагестане в первой половине XX в. колпица гнездилась в низовьях Терека, Сулака, Аксая и Акташа, на Темиргоевских озёрах и в низовьях Кумы. В 1939 г. лишь в дельте Терека было известно не менее 5 многосотенных колоний, но к началу 1950-х гг. там остались лишь 3 поселения, в которых было примерно 200, 50 и 25 гнёзд (Сыроечковский, 2005). Сейчас её гнездовья сохранились только в дельте Терека, где в 1973-1974 гг. в 3 колониях гнездилось 370 пар, в 1985-1986 гг., после осушения дельты, в 2 колониях было учтено лишь 40 пар (Бондарев, 1977, 2005; Прилуцкая, Пишванов, 1989; Казаков и др., 2004), а в 1990-е гг. были известны 3 места гнездования с общим числом в 45 пар (Джамирзоев и др., 2000).

В Юж. Сибири и на Дальнем Востоке А. Б. Линьков (2000) предполагает гнездование 20-50 и 2000 пар, соответственно. Всего, таким образом, современная численность колпицы в России может составлять 1 700-2 900 пар, а принимая во внимание возможный недоучёт — 2-3 тыс. пар.

В Азербайджане в колониях, сформировавшихся в 1950-е гг. в Кызыл-Агачском заповеднике, колпица была относительно немногочисленна (45-300 особей). По разным оценкам, она составляла от 0,02 до 2% общего числа голенастых и веслоногих, насчитывавших в 1957 г. до 337,5 тыс. пар или 2 млн. особей в конце лета (Дюнин, 1960; Виноградов, Чернявская, 1965; Греков, 1965). Однако, эта оценка была, возможно, сильно завышена, поскольку в 1959 г. общая численность данных колоний была оценена всего в 15 020 пар (Чернявская, 1961). В 1960-е гг. колония голенастых и веслоногих в Кызыл-Агаче уменьшилась в целом до 300-400 тыс, а в 1970-е — до 20-80 тыс. особей. При этом колпица вовсе выпала из гнездовой фауны и только с 1975 г. там вновь появились 1-2 пары (Муста-фаев, Кязымов, 1965; Васильев и др., 1972; Морозкин, 1975а; Коновалова, 1979; Литвинова, 1981). Но в 1985-1986 гг. там насчитывали 35^6 пар, а в 1995 г. —до 800 гнездящихся птиц (Султанов, 2000; Patrikeev, 2004).

В 1960-е гг. более 2 000 пар гнездились также на оз. Акгёль в Кура-Араксинской низменности (Виноградов, 1967; Васильев, 1968; Виноградов, Чернявская, 1969). В последующие годы их численность там резко сократилась: с 5 320 особей в 1964 г. до 2 200 в 1968 г. и всего 100 в 1976 г. (Туаев, Исрафилов, 1977). Однако затем популяция на оз. Акгёль восстановилась до 200-700 пар в 1988-1990 гг. и до 1 750 пар — в 1990-е гг. (Султанов, 2000; Patrikeev, 2004).

Всего в Азербайджане в 1980-е гг. было учтено лишь 411 пар, в том числе 360 — на оз. Махмудчала-Ахчала в Муганской степи (Стоцкая, Кривенко, 1988; Литвинова, 1989). К концу 1980-х — началу 1990-х гг. численность колпицы в Азербайджане увеличилась до 500-1 200 пар (Patrikeev, 2004), а в конце 1990-х гг. она была оценена в 800-2 500 пар (Султанов, 2000; BirdLife International, 2004).

В Казахстане в середине XIX в. колпица в большом количестве гнездилась на озёрах среди «киргизских» степей, на нижнем Урале, по берегу Каспия от р. Урал до Мертвого Култука: на Гогольских о-вах, по Черепнинскому култуку, близ устья р. Эмбы (Эверсманн, 1866; Карелин, 1883, цит. по: Сыроечковский, 2005). Большинство этих колоний исчезло, очевидно, уже к концу XIX в., но в устье Урала колпицы оставались обычными ещё в начале XX в. (Бостанжогло, 1911) и были уничтожены, по-видимому, лишь в начале 1930-х гг. (Сыроечковский, 2005). Однако в 1990-е гг. в дельте Урала вновь обитало около 200 птиц (Березовиков, Гисцов, 2001).

В Западно-Казахстанской обл. в 1980-е гг. в 20-25 поселениях гнездилось 300-350 пар (Стоцкая, Кривенко, 1988; Дебело, 1996). Ещё 7-15 пар было учтено в Наурзуме, до 23 — в Кургальджино, около 45 — в низовьях р. Тургай, 80-100 — в дельте р. Или, 90-100 пар — на оз. Зайсан (Стоцкая, Кривенко, 1988; Ковшарь, 1991). Кроме того, в 1971 г. колония (12 гнезд) отмечена в дельте р. Эмба (Неручев, 1991), в 1974-1981 гг. — на оз. Караколь у Капчагайского водохранилища (60-70 пар) (Хроков, Гаврилов, 1991), в 1980-83 гг. — на оз. Сорколь в 90 км восточнее Джаныбека (6-20 пар) (Линдеман, 1991), в 1984-85 гг. — в долине р. Чу на Ташуткольском вдхр. (2-А пары) (Березовиков, 1991). В 1985-1986 гг. 49 и 32 пары гнездились также в дельте р. Чёрный Иртыш на Зайсане (Березовиков, Самусев, 2003) и до 11-12 пар — в дельте р. Тентек в Алакольской впадине, однако последняя колония к 2004 г. распалась из-за беспокойства браконьерами (Березовиков, 20046). Большие колонии колпиц, существовавшие в первой половине XX в. в низовьях Сыр-Дарьи (Заруд-ный, 1915; Спангенберг, Фейгин, 1936), исчезли уже к 1980-м гг. (Пославский, 1991).

В 1990-е гг., по данным А.Ж. Жатканбаева (1996) и А.Ф. Ковшаря (1999), в Казахстане обитало 400-650 пар, в том числе около 150 — в низовьях Тургая, 100 — в дельте р. Или, 60-70 пар — у Капчагайского вдхр., 100-150 — на Чушкакольских озёрах в среднем течении Сыр-Дарьи, 10 пар — в Наурзумском и Кургальджинском заповедниках. В Наурзумском заповеднике колпицы гнездились в 1983-1992 гг., а в последующие годы (период низкого уровня озёр) наблюдались единично (Брагин, Брагина, 2002). В Кургальджино сейчас постоянно держится около 40-50 птиц (Кошкин, Кошкина, 2003).

В Узбекистане в дельте Аму-Дарьи колония из 321 гнезда была найдена в 1959 г. близ мыса Аккала и 84 гнезда — на оз. Б. Дауткуль (Рашкевич, 1961,1969). До 1975 г. колония из 235 гнёзд располагалась на Дауткульском вдхр., но позже она исчезла из-за выжигания тростников, и лишь в 1984 г. эти птицы опять здесь появились. В 1988-1989 гг. там же в дельте Аму-Дарьи в 4 колониях учтено уже не менее 500 пар (Лукашевич, 1990, 1995), но к 2000 г., в связи с обсыханием дельты, численность птиц вновь сократилась до 200 пар. В 1990-е гг. ещё около 100 пар гнездилось вдоль Аму-Бухарского и Каршинского каналов, около 50 пар — на Айдар-Арнасайских озёрах по Сыр-Дарье, где колпицы впервые появились в 1987 г., и около 50 пар — в Ферганской долине на Кайраккумском вдхр. (Шерназаров, 2003).

В целом в Вост. Европе и Сев. Азии популяции колпицы насчитывают сейчас, ориентировочно, от 3,5 до 6,5 тыс. пар, по-видимому, несколько увеличившись, по сравнению с 1980-ми гг. (Флинт и др., 1991). Численность колпиц испытала резкую депрессию в начале XX в., но к его середине восстановилась. Однако с середины 1960-х гг. вновь было отмечено резкое сокращение популяций. Сейчас численность вида в Европе постепенно восстанавливается, хотя в азиатской части ареала тенденция динамики численности остаётся в общем отрицательной.

Отмеченные флуктуации численности колпицы отчасти объясняются, вероятно, перераспределением птиц по разным регионам, в частности, из дельты Волги — на озёра Вол-го-Уральского междуречья или на Маныч. В основном же они обусловлены прямым (пес-тицидное воздействие, отстрел птиц) или косвенным (ирригация, осушение пойм, выжигание тростников) влиянием человека, а также воздействием естественных факторов (изменение климата, обводненность, сукцессии древесной растительности и др.).

Размножение

Колпицы начинают размножаться, по-видимому, с 3-летнего возраста (Гладков, 1970; Cramp, 1977; del Hoyo et al., 1992). Часть неполовозрелых птиц прилетает весной на родину и кочует ...

Суточная активность, поведение

Колпицы деятельны в течение круглых суток. Летом они кормятся преимущественно в сумерках и ночью, но в гнездовой период активны и днем. На кормёжку вылетают главным образом в 4-6 и 17-20 ч после смены партнёров на гнёздах, а летом, при выкармливании подросших птенцов, также и в 11-13 ч. Птицы придерживаются обычно постоянных трасс, летя на кормёжку в одиночку и группами по 5-7, редко до 20 особей. В колонию они возвращаются в те же часы, но более крупными стаями — до 30-35 особей (Скокова, 1959). Днем значительную часть времени птицы стаями отдыхают на отмелях; ночуют они обычно на заломах тростника близ кормовых угодий (Спангенберг, Фейгин, 1936; Скокова, 1959).

Питание

Пищу колпицы собирают почти исключительно в воде; во время сбора корма они перемещаются по мелководью, опустив клюв в воду и двигая им из стороны в сторону. Корм состоит из водных беспозвоночных и мелких позвоночных животных. Нередко в пищеварительном тракте встречаются водные растения, иногда колпицы собирают также наземных беспозвоночных, случайно попадающих в воду (например, саранчу), или медведок, живущих на илистых литоралях (Спангенберг, 1951; Скокова, 19596; Языкова, 19706).

В дельте Волги основным кормом служат мальки рыб (сазан, вобла, краснопёрка и др.) длиной от 1 до 14 см, обычно — 2-8 см, а также водные насекомые (малый водолюб, личинки жука-скомороха, плавт, личинки стрекоз). Колпицы постоянно добывают амфибий (головастиков и лягушат) и различных моллюсков (Скокова, 19596). На Усть-Манычском вдхр. в добыче по весу абсолютно доминирует молодь рыб (98%), часто встречаются водные насекомые (жуки и клопы), но в весовом отношении они занимают лишь доли процента (Олейников, 1953). На солёном, бедном рыбой оз. Маныч-Гудило, наоборот, и по встречаемости, и по массе преобладали водные насекомые (соответственно — 90 и 46,6%), в основном личинки крупных плавунцов. Рыба занимала второе место: 57,7% по встречаемости и 43,8% по весу, а затем шли земноводные: 16,4 и 9,6% (Языкова, 1970). Аналогичные или близкие пищевые спектры приводятся также для Сыр-Дарьи, Аму-Дарьи, дельты Кубани, Терека, Дуная (Спангенберг, 1951; Смогоржевський, 1959,1979; Кенжегулов, 1972; Казаков и др., 2004; Platteeuw et al., 2004). Спектры питания могут резко меняться в зависимости от сезона и, следовательно, от обилия тех или иных кормов в опромышляемых птицами водоёмах (Скокова, 19596).

Вес потребляемой пищи одной особью по расчётным данным должен составлять 331 г рыбы в сутки (Platteeuw et al., 2004). За одну кормёжку колпицы вылавливают обычно 30-50 мелких животных (максимум — 260 экз.) общим весом, в среднем, 100-150 г. Как исключение, восстановленный первоначальный вес пищи может достигать 300-500 г, что следует считать, очевидно, полной суточной нормой. Такое же количество корма (до 500 г) составляет среднесуточную норму для птиц, содержащихся в неволе. Это соответствует 15,5-25,6% средней массы тела колпицы (Скокова, 1959).

Корм в желудке колпицы за 2 ч переваривается на 50%. Перевариванию способствуют своеобразные «гастролиты»: костянки рдестов, резухи, ежеголовника, семена ириса, арбузов, плоды дурнишника, скорлупа чилима, кусочки стеблей тростника, раковины моллюсков и т.п. (Скокова, 1962).

Враги, неблагоприятные факторы

Среди врагов прежде всего следует указать серую и чёрную ворону и чайку-хохотунью — неспециализированных хищников, уничтожающих кладки и птенцов в колониях голенастых при высоком уровне фактора беспокойства (см. выше). Лимитирующее воздействие на размножение и численность колониальных гнездовий оказывает, несомненно, и орлан-белохвост, численность которого заметно увеличилась в последние десятилетия в лесистых дельтах южных рек. Из наземных хищников гнёзда колпиц в тростниках могут разорять кабаны (Воробьёв, 1936).

Среди лимитирующих абиотических факторов важное значение имеют синоптические условия зимних и весенних периодов, определяющие выживаемость и репродуктивное состояние взрослых птиц, возвращающихся на места гнездования, и резкие флуктуации летней погоды, сказывающиеся на гибели кладок и птенцов, а также на обеспеченности молодняка кормом. Неожиданные весенне-летние паводки, например, иногда приводят к полной гибели колоний (Воробьёв, 1936; Vespremeanu, 1968); крайне опасны также штормовые ветры и ливни с градом (Кривенко, 1983; Линьков, 2000).

Из антропогенных факторов большое значение имеют обширные пожары в тростниковых плавнях, лишающие колпиц гнездовых местообитаний (Сушкин, 1908; Заболотный, Хохлов, 19896). Кроме того, в XIX — начале XX вв. на численности птиц сказывались, вероятно, промысловый сбор яиц в колониях и отстрел птиц на шкурки (Кривоносов, 1981; Белик, 1998; Русанов, 2004; Сыроечковский, 2005; и др.). Катастрофические последствия должны были иметь истребительные мероприятия против азиатской саранчи, охватившие в 1920-е гг. плавни всех южных рек. Авиационное распыление над тростниковыми массивами чрезвычайно токсичных парижской зелени и арсенита натрия, очевидно, и послужило основной причиной глубокой депрессии популяций колпицы (и других околоводных птиц) в начале XX в. (Белик, 1997, 2000). Снижение численности в середине XX в. могло было быть связано с загрязнением водоёмов пестицидами (ДДТ и др.), которое сказалось на состоянии популяций очень многих видов птиц-ихтиофагов во всём мире.

Во второй половине XX в. чрезвычайное влияние на размещение гнездовий колпицы и других голенастых оказали гидромелиоративные работы в аридной зоне, которые привели к перераспределению птиц из обсыхавших пойменных угодий на сбросные и фильтрационные озёра и водохранилища в орошаемых районах. В гнёздах колпицы обнаружены паразиты: Ornithoponus massonati и Lynhia palustris (Hicks, 1959).

Хозяйственное значение, охрана

Колпица имеет, несомненно, большое эстетическое значение — как из-за своей оригинальной внешности, так и из-за особенностей охотничьего поведения. Она издавна привлекала к себе внимание людей, давших ей целый ряд характерных народных названий («косарь», «лопатень» и др.).

Будучи рыбоядным видом, колпица в значительном количестве добывает в водоёмах молодь рыб, но в силу своего ограниченного распространения и невысокой численности не оказывает существенного влияния на их ресурсы. По расчётам для дельты Волги, общее изъятие всеми колпицами молоди рыб составляет за лето от 0,015 до 2,7% их поголовья. В то же время, уничтожение колпицами хищных водных насекомых, питающихся мальками рыб, позволяет сохранить в 210 раз больше рыбьей молоди, чем колпицы добывают сами (Скокова, 1959, 1965).

В прошлом колпицу относили к охотничьим птицам (Мензбир, 1900; Шульпин, 1952; Смогоржевський, 1979; и др.). Например, в августе-сентябре 1953 г. на нескольких озёрах в центральной части дельты Волги были убиты 42 колпицы, что составило 8% добытой охотниками дичи. Колпица занимала среди нетрадиционно охотничьих птиц («прочей дичи») пятое место, пропустив вперёд лишь квакву, серощёкую поганку, лысуху и серую цаплю (Сыроечковский, 2005).

В 1978 г. колпица была занесена в Красную книгу СССР, а затем и республиканские Красные книги, и с тех пор охота на неё в России и сопредельных регионах полностью запрещена. В настоящее время вид занесён в Красные книги Российской Федерации, Армении, Украины, Казахстана и ряда государств Средней Азии.

Следующий вид   |   Том 7   |   Аистообразные (Ciconiformes)   |   Ибисовые (Threskiornithidae)