Птицы России и сопредельных регионов


Размножение: Коростель
Crex crex

Главная Том 2 Коростель Размножение

Размножение

Половая зрелость, судя по времени появления окончательного брачного наряда, наступает на первом году жизни. Видимо, моногам, но имеются обоснованные косвенными доказательствами предположения А. Масона (Mason) о полигамии у коростелей (Glutz, 1973; Cramp, Simmons, 1980). В неволе самец и самка держались постоянно вместе первые 4 дня после образования пары (Heinroth, Heinroth, 1928; Glutz, 1973). В некоторых местах Костромской области прилетевшие самцы образуют поселения из 3–7 и более особей, вновь прилетающие самцы селятся поблизости от основателя поселения. Соседние поселения пространственно и акустически изолированы друг от друга. Самцы одного поселения распознают голоса друг друга, однако дуэтного пения не выявлено (Грабовский, 19836).

Обычно же коростели гнездятся отдельными парами на значительном расстоянии друг от друга, самец активно защищает участок от других самцов; площадь участка достигает 3,5–10 га и более. Но чужая самка не воспринимается как вторженец на территорию. В выборе мест гнездования самцы коростеля консервативны. Один самец в течение 8 лет токовал в одном и том же кусте (Митрофанов, 1976). Самец занимает токовую площадку диаметром до 4 м, реже он имеет две токовые площадки, расположенные в 40–250 м друг от друга, и в 150 м и более от гнезда.

Брачное поведение, по наблюдениям, проведённым в Западной Европе за птицами в неволе, выглядит следующим образом. Кричащий самец вертикально вытягивает туловище и шею вверх. При появлении самки он прекращает песню, распускает крылья в стороны, так что они касаются земли, изгибает шею и голову вниз, топорщит кроющие хвоста, временами раздувает перья шеи и бегает в такой позе вокруг самки, издавая приглушённые звуки (рис. 68, А). Затем следует спаривание, после которого птицы чистятся, иногда наблюдается ложное кормление. Попытки спаривания могут повторяться многократно подряд. Территориальное поведение коростели не ограничивается брачными криками. При появлении на участке чужого самца, самец-хозяин, издавая «крэкающую песню», расставляет крылья, приспустив их, а сам весь тянется вверх (рис. 68, Б, В).

Рисунок 68. Элементы брачного и агрессивного поведения коростеля (по: Heinroth, Heinroth, 1928; Glutz et al., 1973, с изменениями)
Рисунок 68. Элементы брачного и агрессивного поведения коростеля (по: Heinroth, Heinroth, 1928; Glutz et al., 1973, с изменениями)
А — брачные демонстрации самца около самки, Б, В — кричащий самец в позе угрозы противнику, Г — демонстрация крайней угрозы, Д — поза осматривания, Е — бегущий самец.

При сильном возбуждении он поворачивает голову в сторону, круто изгибает распущенные крылья, взъерошивает оперение, так что становится намного крупнее, временами издаёт ворчливое мяуканье; затем атакует соперника, клюёт его, бьёт согнутыми крыльями (рис. 68, Г). Побеждённая птица спасается бегством, победитель её преследует, после чего опять поёт. Агрессию в гнездовой период коростель проявляет и по отношению к другим видам пастушков (Glutz, 1973; Cramp, Simmons, 1980).

Устраивает гнездо в сухих местах. Оно представляет собой довольно неглубокую чашечку, построенную из сухих злаков, стеблей, осок, иногда используется мох. Степень участия партнёров в строительстве не известна, возможно, строит только самка в течение 3–5 дней. Лоток довольно глубокий, выстланный более мелкими растениями, которые птица собирает поблизости. Размеры гнезда (в мм): диаметр 120–150, высота 70–80, глубина лотка 35–40. Гнездо хорошо укрыто с боков и сверху нависающими стеблями трав, часто помещается в основании осоковых кочек и ивовых кустов, среди обнажённых корней деревьев.

Откладка яиц проходит в течение всего лета, с начала мая по июль, что дало основание для предположений о двух кладках за сезон (Спангенберг, 19516; Долгушин, 1960; Федюшин, Долбик, 1967, и др.), что спорно, фактических данных нет. В континентальной Европе у коростеля только одна кладка за сезон (Glutz, 1973), по две кладки известно в Великобритании (Cramp, Simmons, 1980). В Молдавии гнездо строится в середине мая, но уже 22 мая было найдено гнездо с 9 сильно насиженными яйцами (Аверин, Ганя, 1971). На Украине в Крыму 19 июня было обнаружено гнездо с 12 сильно насиженными яйцами и одним вылупившимся птенцом, а вблизи Алушты 4 июня осмотрено гнездо с 10 надклюнутыми яйцами (Костин, 1983).

Под Никополем кладка из 10 слабо насиженных яиц обнаружена 21 мая, а 19 мая — гнездо с 4 свежими яйцами. У Харькова кладки из 7–11 свежих яиц встречаются в последней декаде мая и до конца июля. Под Киевом кладка коростеля из 6 свежих яиц обнаружена 21 июня, а с 8 насиженными — 27 мая. В середине мая — начале июня проходит откладка яиц в Черниговской области (Спангенберг, 1951). В Белоруссии свежие кладки находили 23 и 25 июня, 19 и 27 июля, насиженные — 19 и 23 июня (Федюшин, Долбик, 1967). В Ленинградской области все гнёзда коростеля обнаружены в июле, они содержали по 5–9 яиц, а в некоторых шла откладка (Мальчевский, Пукинский, 1983). В Московской области свежая кладка из 8 яиц найдена 18 июля (Птушенко, Иноземцев, 1968), а незаконченная кладка обнаружена 26 мая. В пойме Волги у Казани кладки с одним яйцом найдены 26 мая и 19 июля (Попов, 1977).

В Рязанской, Калининской, Тамбовской, Кировской областях кладки обнаружены с 20 мая по конец июля (Спангенберг, 19516). На Кавказе полные кладки также известны с начала мая, а высоко в горах — во второй половине мая. В Казахстане гнезда с кладками также встречаются в течение всего лета, полные кладки на Илеке известны с третьей декады мая (Спангенберг, 19516; Долгушин, 1960). В Западной Сибири 25 июня нами найдено в пойме Оби у Томска 2 полных слабо насиженных кладки, а 15 июля— кладка с 6 свежими яйцами (Миловидов и др., 1979). У Красноярска полные свежие кладки известны от середины июня, на Алтае — в июне и даже июле. В Киргизии самка с готовым к сносу яйцом добыта 4 июня (Янушевич и др., 1959), а в Тянь-Шане гнездо с 9 сильно насиженными яйцами осмотрено 18 июня; 22 июня в нём вывелись птенцы (Кыдыралиев, 1972).

Этот далеко не полный перечень находок кладок коростеля свидетельствует о растянутости сроков гнездования. Они привязаны ко времени подроста трав и хлебов. При потери кладки в начале инкубации коростели откладывают повторную кладку. Во многих районах их к этому вынуждает раннее сенокошение, уничтожающее гнезда и кладки птенцов. В пойме Волги на сенокосных лугах 35% самок откладывают повторные кладки (Попов, 1977). Интервал между откладкой яиц 24 часа. Полная кладка состоит из 9–12, обычно из 9–10 яиц, в повторных кладках 5–8 яиц. В пойме Волги у Казани в кладке 6–12 яиц, в первых кладках обычно 9, в повторных по 7 яиц (Попов, 1977). В Западной Европе известны кладки до 19 яиц, по-видимому, отложенные несколькими самками. В различных районах средняя величина кладки составляет 8,6–9,8 яиц (Glutz, 1973). Яйца правильной яйцевидной формы с гладкой блестящей скорлупой, окраска сложная, основной фон очень изменчив, от глинисто-охристого до светло-глинистого, редко оливково-зелёного или почти беловатого, рисунок в виде равномерно и редко распределённых поверхностных красно-бурых пятен и точек и небольших глубоких лиловых точек, более крупных на тупом конце.

Размеры: в Белоруссии (n = 10) 38,0-39,7×26,3-27,9 (Федюшин, Долбик, 1967), в Тянь-Шане (n = 9) 36,2-40,2×25,8-27,0 (37,8×26,3) (Кыдыралиев, 1972); в пойме Волги 33,7×26,6, масса 13 (Попов, 1977); в Томской области: 34,6-36,2×26,4-26,7 (Миловидов и др., 1979); в Западной Европе (n = 574) средние размеры яиц 37,5×26,6 (33,0-41,6×25,5-29,0), известно необычно крупное яйцо 44,4×30,5 (Glutz, 1973). Масса свежих яиц 13–16.

Насиживание начинается с откладкой последнего яйца и продолжается 15–21 (в среднем 18–19) дней, известно вылупление птенцов даже на 14 день насиживания. Насиживает, по-видимому, только самка, самец в это время продолжает токовать. Однако есть сообщения о том, что птенцов водят оба родителя, в одном случае самец сидел на гнезде во время вылупления птенцов, он участвует в обогревании птенцов (Glutz, 1973). Эти факты позволяют предполагать моногамный характер отношений хотя бы у отдельных коростелей. Насиживающая птица при опасности оставляет гнездо заблаговременно и скрывается в густых зарослях. В одном случае в Англии самка при уходе с гнезда прикрыла яйца растениями, но в норме коростель, как и все пастушковые, кладку не закрывает. В конце насиживания и во время вылупления птенцов коростели вдвоём нападают у гнезда даже на человека, бегают с криками вокруг.

Птенцы вылупляются в течение суток, масса новорождённого птенца 9–10. Сроки появления птенцов в пределах СССР также очень растянуты. В Белоруссии пуховики встречены 23 июня, 9 и 12 июля, слётки — 17–30 июля, в Ленинградской области — 29 июля, а последние нелётные — вплоть до середины сентября, в Крыму — 21 июня, под Харьковым 1–3 июня и до конца июля, в Смоленской области — с середины июля, в Рязанской области — 15 июля, в Ульяновской области — с 28 июня, в Казахстане и в Западной Сибири — с конца июня по август, в Киргизии с 22 июня, а в Тянь-Шане 23 и 25 мая, 22 и 29 июня.

В течение первых суток птенцы остаются в гнезде, где обсыхают, затем уводятся самкой (реже обоими партнёрами). Пуховички очень подвижны. Родители кормят их первые 3–4 дня, затем птенцы начинают добывать пищу в основном самостоятельно. Как и у других пастушковых, птенцы по своему развитию относятся к полувыводковым, с неустановившейся терморегуляцией тела. Первые дни родители обогревают их, собирая обычно под кустом или кочкой. Многие выводки широко кочуют в поисках лучших стаций, что связано как с пересыханием увлажнённых лугов, так и ранним сенокошением. Однако отношение коростеля к территории в период размножения изучено крайне недостаточно, как и семейные отношения. Большинство исследователей считает, что выводки у коростеля водит только самка, птенцы оставляют родителей рано, уже с недельного возраста (Спангенберг, 19516; Федюшин, Долбик, 1967; Иванова, 1968, и др.).

В то же время имеются данные, что семьи, возможно некоторые, сохраняются вплоть до отлёта (Glutz, 1973). Птенцы начинают летать в возрасте 34–38 дней, но полностью лётными становятся в возрасте 49–56 дней (Heinroth, Heinroth, 1928). Величина гнездовой смертности для территории СССР не известна, в большинстве работ содержатся косвенные указания о большой гибели кладок от раннего сенокошения. По расчётным данным, в Васильевском охотничьем хозяйстве (Гомельская обл.) на 100 га во время первого укоса трав погибло 3,4 экземпляров, во время второго укоса — 14,8 экземпляров, общая гибель составила 25%. Кроме того, птицы бросают демаскированные, обкошенные кладки, которые становятся лёгкой добычей хищников; фактически на покосах гибнет 100% первых кладок. Средний размер выводка 6,5 птенца (Попов, 1977). Предельный возраст в неволе 8 лет (Glutz, 1973).


Вернуться к описанию вида Коростель | Том 2

Домовый воробей / Passer domesticus
Домовый воробей
Passer domesticus
House sparrow
Сапсан / Falco peregrinus
Сапсан
Falco peregrinus
Peregrine Falcon
Прямохвостая качурка — Hydrobates pelagicus

Прямохвостая качурка

Hydrobates pelagicus

British Storm-Petrel

Домовый сыч — Athene noctua

Домовый сыч

Athene noctua

Little Owl

Зелёный дятел — Picus viridis

Зелёный дятел

Picus viridis

Green Woodpecker

Том 1. Птицы СССР. История изучения. Гагары, поганки, трубконосые

Том 1

Птицы СССР. История изучения. Гагары, поганки, трубконосые

Том 6. Птицы России и сопредельных регионов: Сово­образные, Козодое­образные, Стриже­образные, Ракше­образные, Удодо­образные, Дятлообразные

Том 6

Птицы России и сопредельных регионов: Сово­образные, Козодое­образные, Стриже­образные, Ракше­образные, Удодо­образные, Дятлообразные

Том 7. Птицы России и сопредельных регионов: Пеликано­образные, Аисто­образные, Фламинго­образные

Том 7

Птицы России и сопредельных регионов: Пеликано­образные, Аисто­образные, Фламинго­образные

Винтажная галерея


Птицы — удивительные, ни на кого не похожие существа. Они живут соразмерно своей природе, глубоко чувствуя себя и свой ритм, не обращая внимания на чужие мнения и ожидания.

Малая крачка — Sterna albifrons
Малая крачка
Sterna albifrons
Беркут — Aquila chrysaetos
Беркут
Aquila chrysaetos

Что отличает птиц от всех других существ? Чудо полёта — так, наверное, скажут многие — присущая им великолепная и завидная способность словно бы без всяких усилий отрываться от земли, проноситься над необъятными просторами суши и воды, а затем вновь опускаться на землю в местах, более удобных для жизни.

Но спросите о том же орнитолога или просто любителя птиц, и они почти наверное скажут: перья — вот тот единственный признак, который присущ только птицам и никакому другому живому существу. Собственно говоря, именно перья, за миллионы лет развившиеся из чешуи пресмыкающихся под воздействием эволюционных процессов, и сделали возможным птичий полёт.


Современные представления о родстве между птицами базируются на основе сходства не только между отдельными генами и их комбинациями, но и всего генома. Дальнейшее развитие этого направления видится в изучении всё большего числа геномов от птиц разных видов, ведь именно от этого во многом будет зависеть форма ветвления полученного филогенетического древа.

Яйца птиц совершенны во многих отношениях. Им приходится быть такими, потому что птицы откладывают и высиживают их в почти невероятном разнообразии условий разных мест обитания и ситуаций — от полюсов до тропиков; в средах влажных, сухих, стерильных и переполненных микроорганизмами; в гнёздах и без них; обогревая теплом собственного тела или не пользуясь им. Форма, цвет и размер яиц, а также состав их желтка и белка — всё это составляет самый необычайный набор приспособлений для выживания.

2011–2024. Птицы России и сопредельных регионов.
Новое фундаментальное руководство по птицам России

Cайт носит исключительно информационный характер.
Аудитория — 12+