Птицы России и сопредельных регионов


Охотники и дичь

Главная В мире птицОхотники и дичь

За один день добыто 100 уток на ружье, потом 10 уток (если повезёт). В 1961 году в Белоруссии удачливый охотник в среднем добывал 1,75 кряквы за сезон. Можно ли из этого заключить, что уток стало в 50 раз меньше? На первый взгляд, такой вывод логичен, в действительности же всё сложнее. Предположим, охоты не существовало бы вообще. Спрашивается — было бы уток и другой пернатой дичи столько же, сколько до появления людей? Вряд ли. Осушение болот, распашка, спрямление русел рек, рубка лесов, пожары, вызванное человеком стравливание пастбищ многочисленными стадами отрицательно сказываются на численности охотничьих птиц.

Неопровержимым обвинением охоте было бы снижение плотности населения дичи. Но сведений о том, какова была плотность гнездования в далёком прошлом, нет. Есть материалы об обилии дичи в заповедниках, заказниках и в обычных охотничьих угодьях. Последние, как правило, населены беднее. Но при таком сравнении трудно выдержать обязательное условие равноценности угодий. И заповедники, и заказники обычно устраиваются в местах, где условия для животных более благоприятны по естественным причинам. Кроме того, в таких местах меньше людей, их хозяйственная деятельность ограничивается, нередко исключается. В результате вместо достоверных научных данных остаются общие рассуждения, логические умозаключения. Ну, а если охотники добывают только ту часть пернатых, которая всё равно погибла бы? Такое предположение не исключается. Можно допустить даже большее — добывая птиц осенью, мы тем самым позволяем оставшимся в живых делить скудные зимние ресурсы между меньшим количеством ртов. И они выживают успешнее. Есть немало охотничьих хозяйств, в которых численность пернатой дичи выше и устойчивее, чем там, где охота не проводится.

В качестве косвенного показателя численности промысловых птиц результативность охоты нельзя использовать и по другой причине. Есть такие способы её проведения, когда охотники всегда конкурируют друг с другом. Может быть и так, что увеличение их количества в угодьях до определённого уровня повышает результативность охоты (потревоженные птицы часто перелетают, их легче обнаружить). Но если охотников слишком много, происходит резкое снижение добычливости. Зависит многое и от особенностей угодий. Короче говоря, столько всяких «если», что сделать определённые выводы о том, что послужило причиной увеличения или снижения результатов охоты, очень и очень трудно.

Однако если отказаться от старого научного подхода, то почти везде можно отметить чёткую обратную зависимость между количеством охотников и обилием дичи. Правда, по отношению к водоплавающим птицам она хорошо заметна только после открытия охоты. А для оседлых рябчиков выражена всё время, ещё заметнее эта закономерность для глухаря. Разумеется, такие сравнения нужно проводить в угодьях более-менее одинакового качества.

Бесспорно, не снимается с охотников другая вина — воспитание в дичи повышенного страха перед людьми. В результате многие угодья в густо-населённых районах страны пустуют. Это особенно неблагоприятно для степных птиц, которым жить буквально негде.

С сожалением нужно признать, что существующая система использования запасов охотничьих животных ещё далека от совершенства. Нет ежегодно устанавливаемых на основании данных о размножении дичи норм её отстрела, не налажен контроль за их соблюдением. Часто положение дел оценивается «на глазок». Вроде дичи стало меньше — охоту надо закрывать. Но если поохотиться очень уж хочется — можно и разрешить. Обоснования находятся и в том и в другом случае.

Какой же вывод? Охота послужила причиной исчезновения и снижения численности многих птиц. Но её нельзя превращать в «козла отпущения», а охотника делать врагом всего живого. И охотникам также нужно быть самокритичнее. Следует признать, что браконьерство — отнюдь не единичное явление, ибо «организованные хозяйства» очень часто значатся таковыми лишь на бумаге, егеря в них случайные люди.

И наконец, ещё одно немаловажное обстоятельство. Когда происходит снижение численности того или иного вида охотничьих птиц, требуется принятие мер, его предотвращающих. Но они могут быть эффективны лишь в случае, когда известна истинная причина снижения, которую установить бывает не просто. При такой ситуации появляются общие формулировки типа «... снижение численности произошло из-за сокращения площадей угодий и ухудшения их качества, неумеренной охоты» и тому подобное. Увеличить площадь угодий или улучшить их качество гораздо сложнее, чем регулировать интенсивность охоты.

И следует решение: «В целях предотвращения снижения численности (или для её восстановления) ограничить (или запретить) охоту на такой-то вид». Истинная причина может при этом остаться, и снижение численности не прекратится, но создаётся видимость принятых мер. Для предотвращения сокращения численности отдельных видов нужно, прежде всего, установить истинную причину этого сокращения и прекратить (ослабить) соответствующее отрицательное воздействие. Чаще всего таковым оказывается разрушение местообитаний.


К оглавлению

Обыкновенный поползень / Sitta europaea
Обыкновенный поползень
Sitta europaea
Nuthatch
Хохлатая синица / Parus cristatus
Хохлатая синица
Parus cristatus
Crested Tit
Большой поморник — Stercorarius skua

Большой поморник

Stercorarius skua

Great Skua

Ястребиная сова — Surnia ulula

Ястребиная сова

Surnia ulula

Hawk Owl, Northern Hawk Owl

Серая неясыть — Strix aluco

Серая неясыть

Strix aluco

Tawny Owl, Eurasian Wood-owl

Том 1. Птицы СССР. История изучения. Гагары, поганки, трубконосые

Том 1

Птицы СССР. История изучения. Гагары, поганки, трубконосые

Том 6. Птицы России и сопредельных регионов: Сово­образные, Козодое­образные, Стриже­образные, Ракше­образные, Удодо­образные, Дятлообразные

Том 6

Птицы России и сопредельных регионов: Сово­образные, Козодое­образные, Стриже­образные, Ракше­образные, Удодо­образные, Дятлообразные

Том 7. Птицы России и сопредельных регионов: Пеликано­образные, Аисто­образные, Фламинго­образные

Том 7

Птицы России и сопредельных регионов: Пеликано­образные, Аисто­образные, Фламинго­образные

Винтажная галерея


Птицы — удивительные, ни на кого не похожие существа. Они живут соразмерно своей природе, глубоко чувствуя себя и свой ритм, не обращая внимания на чужие мнения и ожидания.

Что отличает птиц от всех других существ? Чудо полёта — так, наверное, скажут многие — присущая им великолепная и завидная способность словно бы без всяких усилий отрываться от земли, проноситься над необъятными просторами суши и воды, а затем вновь опускаться на землю в местах, более удобных для жизни.

Но спросите о том же орнитолога или просто любителя птиц, и они почти наверное скажут: перья — вот тот единственный признак, который присущ только птицам и никакому другому живому существу. Собственно говоря, именно перья, за миллионы лет развившиеся из чешуи пресмыкающихся под воздействием эволюционных процессов, и сделали возможным птичий полёт.


Современные представления о родстве между птицами базируются на основе сходства не только между отдельными генами и их комбинациями, но и всего генома. Дальнейшее развитие этого направления видится в изучении всё большего числа геномов от птиц разных видов, ведь именно от этого во многом будет зависеть форма ветвления полученного филогенетического древа.

Яйца птиц совершенны во многих отношениях. Им приходится быть такими, потому что птицы откладывают и высиживают их в почти невероятном разнообразии условий разных мест обитания и ситуаций — от полюсов до тропиков; в средах влажных, сухих, стерильных и переполненных микроорганизмами; в гнёздах и без них; обогревая теплом собственного тела или не пользуясь им. Форма, цвет и размер яиц, а также состав их желтка и белка — всё это составляет самый необычайный набор приспособлений для выживания.

2011–2022. Птицы России и сопредельных регионов.
Новое фундаментальное руководство по птицам России

Cайт носит исключительно информационный характер.
Аудитория — 12+