Птицы России и сопредельных регионов


Обучение и инстинкт

Главная В мире птицОбучение и инстинкт

Педагогическая мудрость гласит: детей надо воспитывать с первого дня жизни. Птицы пошли дальше. Воспитание начинается, когда птенец ещё в яйце: ещё не вылупившись, он слышит «крик тревоги» чем-то обеспокоенной родительницы и замирает. Непосредственно влиять на выживание птенца это, вероятно, не может, и такое поведение правильнее рассматривать как тренировку. На птичьих базарах в условиях чрезвычайной скученности птенцы запоминают голос родителей ещё до вылупления. Это было подтверждено с помощью следующего опыта. Птенцам длиннокрылых кайр, выведенным в инкубаторе, из нескольких точек демонстрировали крики взрослых птиц. Птенцы всякий раз направлялись к ближайшему источнику звука, то есть у них была врождённая реакция на крик птиц своего вида. Если за несколько дней до вылупления птенец слышал крик какой-либо одной птицы, то после вылупления он стремился среди многоголосого хора отыскать именно этот знакомый источник звука и направлялся к нему независимо от криков «чужих» кайр.

Первыми шагами появившихся на свет птенцов управляют врождённые (инстинктивные) реакции. Инстинкт приказывает — открывай пошире рот и тянись что есть сил к кормильцу, даже если для этого надо стать на голову своим братьям. Есть и другой приказ — не пачкать в гнездо. Проходит несколько дней и поведение меняется, — теперь инстинкт повелевает без толку не суетиться. И это понятно, так как движущиеся предметы куда заметнее, а птенцам привлекать внимание к своей персоне вовсе ни к чему.

Ещё сидя в гнезде, малыши пытаются кормиться самостоятельно — клюют веточку, соринки, подстилку из гнезда. Это необходимая тренировка перед самостоятельным кормо-добыванием, такая же как у человека обучение стрельбе и знакомство с внешним видом дичи перед выходом на настоящую охоту. Обычно захваченные в клюв несъедобные предметы не проглатываются, но если птенцы очень голодны, настолько, — что грозит смерть, желудок заполняется чем попало. Так, у уже упоминавшихся птенцов ласточек, погибших в Карпатах при затяжных дождях, желудки были, что называется, набиты подстилкой из гнезда.

В книге известного этолога Н. Тинбергена «Поведение животных» есть любопытная серия картинок: вот птенец куриной птицы затаивается при появлении над ним любого пролетающего предмета. Потом подросший птенец делает это только при виде ястреба. Очевидно, в результате какого-то процесса реакция стала более целесообразной, Сначала «на всякий случай» цыплёнок боялся всего, ведь за ошибку ему пришлось бы заплатить очень дорого. Потом он привыкает к часто видимым, не представляющим опасности движущимся предметам. Этот процесс привыкания был известен давно. Вспомним у Пушкина в поэме «Анжело»: «Закон не должен быть пугалом из тряпицы, на коей наконец уже садятся птицы». Таким образом, сигнал опасности, за которым не следуют реальные неприятности, своё первоначальное значение утрачивает.

Стремление быстрее и полнее ознакомиться с окружающей средой, научиться целесообразно реагировать на внешние сигналы ярко выражена у высокоорганизованных животных. Щенок обнюхивает, лижет, грызёт чуть ли не всё, что встречается на его пути. Примерно так же ведут себя и птенцы: клюют, отвергая невкусное. Конечно, на первых порах разбираться в сложном окружающем мире им помогает инстинкт. Наблюдая за находящимся в вольере птенцом насекомоядной птицы, видим, что он не реагирует на неподвижные предметы. В то же время малейшее движение тех же предметов вызывает нападение. Мудрый инстинкт подсказывает: то, что движется,- живое, а следовательно, съедобное.

Как же идёт обучение в дальнейшем? Очевидно, не всё, что движется, можно есть. Схватив личинку листоеда или божью коровку, подросший птенец, вероятно, ощущает что-то неприятное: он трясёт головой, чистит клюв (отплёвываться, подобно человеку, птицы не могут). Насекомые, защищающиеся с помощью жгучих, невкусных веществ, всегда ярко окрашены. Это облегчает пернатым запоминание несъедобной, хорошо защищённой добычи. Такой процесс обучения получил название «проб и ошибок».

Вспомним пословицу: обжёгшись на молоке — дует на воду. Так же поступают и птицы. Чем сильнее отрицательное ощущение, связанное с ошибкой, тем прочнее условно-рефлекторная связь с данным объектом как сигналом опасности. Но что такое «данный объект»? Есть много видов божьих коровок, которые похожи друг на друга, и в то же время чем-то отличаются. Чтобы не ошибиться, птица «на всякий случай» начинает бояться их всех. Однако защитная реакция с большой перестраховкой имеет свои недостатки. Походить на несъедобных могут насекомые, у которых никаких защитных приспособлений нет. Если их оставлять в покое — теряется какая-то часть добычи. Поэтому спустя некоторое время после ошибки следует «проба» насекомого, которое было похоже на несъедобное. Если никаких неприятностей не последовало, проба повторяется. Этот процесс получил название дифференцировки: пернатые научаются различать действительно несъедобную добычу от той, которая на несъедобную только похожа. Таким образом, эту форму обучения можно представить как чередующиеся удачные и неудачные пробы. После последних у птицы появляется или восстанавливается условно-рефлекторная связь с определёнными предметами или явлениями как сигналами опасности.

То, о чем мы сейчас говорили, относится к индивидуальному обучению. Оно очень ускоряется благодаря так называемому биологическому контакту поколений. Родители неблагополучных или непослушных детей могут позавидовать птицам. «Сколько раз я тебе повторяла», — эта столь распространённая у людей фраза пернатым не знакома. Вся информация, поступающая от старших, усваивается с первого раза. Это и неудивительно. Вот обычная — житейская ситуация из быта утиного выводка.

Осенью перед открытием охоты даже в местах, где за все лето не было сделано ни одного выстрела, все охотничьи птицы боятся человека. С чем это связано? Мама-утка летит со своим выводком на кормёжку. На их пути оказывается пастух, рыбак, безобидный прохожий. Предостерегающе крякнув, родительница на всякий случай облетает его стороной. И этого достаточно. Молодые утки запомнили ситуацию, вызвавшую предостережение, и то, как следует вести себя. Повторять не надо. Конечно, иногда находятся неразумные дети. Но наказание за непослушание однозначно — это или заряд дроби, или когти ястреба, или зубы хищного зверя. Так что наследников у ослушавшегося не оказывается, опыт «непослушания» не передаётся.

Вероятно, птенцы запоминают внешний облик добычи, приносимой в гнездо. Хищники учат выросших птенцов приёмам охоты. Характерно в этом отношении поведение чеглоков. Один из родителей с добычей кружит высоко в воздухе. Когда к нему направляется молодой соколёнок, добыча выпускается, и её ловит молодая птица. Поймать удаётся не всегда. Поскольку чеглоки питаются преимущественно позвоночными, которых добывать не так-то просто, то внизу летает второй взрослый сокол, который и ловит падающую жертву в случае промаха ученика.

Делятся опытом не только представители разных, поколений. В Туве у подножья Саян есть группа Туранских озёр. Мне как-то удалось там наблюдать прилёт уток. Они быстро снижались и облетали озера, подсаживаясь к ранее прилетевшим стаям. Вероятно, так ведут себя почти все мигрирующие птицы. Правда, в обычных ситуациях нельзя сказать, имеем ли мы дело с только что прилетевшей стайкой, или появившейся в данной местности уже давно и хорошо с ней знакомой. Это поведение можно сравнить с поведением грибника, впервые попавшего в незнакомый лес. Он скорее всего пойдёт туда, куда идут другие грибники. Логика такого поведения понятна. «Я ничего не знаю, но вот они, преследуя ту же цель, что и я, ведут себя таким-то образом. Наверное, они знают, как нужно вести себя, буду им подражать». Действительно, у птиц смешанные стаи образуются по принципу «общих целей»: кулики — с куликами, зерноядные птицы — с зерноядными, утки — с утками.

Учёных всегда занимал вопрос, какова доля врождённых, инстинктивных реакций в поведении взрослой птицы. С этой целью ставили различные опыты: например, воспитывали синиц в изоляции и затем предлагали им на выбор обследовать ветви хвойных и лиственных пород. Оказалось, что виды, свойственные хвойному лесу, и в опыте предпочитали ветви хвойных пород, а виды лиственных лесов — ветви лиственных деревьев. Очевидно, с «научением» это предпочтение не связано. Замечено, что у птиц врождённое отрицательное отношение к совам. Известный польский учёный Я. Дембовский обращал внимание на сложность расчленения врождённого и приобретённого. Он отмечал, что процесс обучения, тренировки может начинаться на ранних этапах развития зародыша и протекать незаметно. Действительно, когда животное изолировалось полностью, у него не появлялись многие реакции из тех, которые в другом случае могли бы считаться врождёнными. Конечно, отрицать роль врождённого предрасположения к обучению определённым реакциям нельзя. Однако для «созревания» и последующей реализации этого врождённого предрасположения обычно нужна предварительная тренировка, пусть даже самая незначительная.

Мы рассматривали оборонительное и кормо-добывающее поведение птиц. В этих случаях пернатым приходится сталкиваться с самой разнообразной обстановкой. Их реакция должна быть достаточно пластичной и роль обучения очень большой. Однако при размножении положение меняется. На протяжении многих поколений пернатые сталкиваются с очень сходными сигналами, на которые должен следовать стереотипный ответ. Это брачная песня или призывные крики самца, его «позы ухаживания» и соответствующие ответные позы самки. Сюда же относится выбор места для гнезда, его постройка, насиживание яиц, выкармливание птенцов, поддержание чистоты в гнезде. Действительно, впервые размножающихся птиц никто не учит ни гнездостроению, ни другим делам, связанным с размножением. И всё же они успешно справляются со всеми задачами. Однако можно ли утверждать, что действия, связанные с постройкой гнезда, насиживанием и так далее, совершаются автоматически? Пластичность гнездостроительных инстинктов давно известна (рис. 10).

Места устройства, гнёзд у зяблика
Рис. 10. Места устройства, гнёзд у зяблика

Ещё большим разнообразием отличаются места устройства гнёзд у чёрного дрозда. В зависимости от места их прикрипления используется та или иная «технология постройки». Как и в других случаях, инстинктивные реакции преобразуются, приспосабливаются к конкретным условиям. Отклонения от так называемого видового стереотипа бывают весьма значительными. Описаны случаи открытого гнездования некоторых дупло-гнездников, в частности синиц. Было найдено на дереве гнездо рябчика, хотя эти птицы всегда селились на земле. Есть, конечно, виды, у которых места прикрепления гнёзд и их устройство очень постоянны. Например, ремез (рис. 11) всегда делает гнезда в виде висячих «рукавичек» на концах ветвей. Такие же гнёзда у ласточек — береговушек, иволги и многих других.

Гнездо ремеза
Рис. 11. Гнездо ремеза

Таким образом, значение инстинкта следует представить в виде появляющихся у той или иной птицы потребностей занять гнездовый участок, призвать самку или встретиться с самцом, строить гнездо, насиживать яйца, выкармливать птенцов. Птицы обязательно должны проходить через определённые «этапы работ». Если на гнездовом участке поместить готовое гнездо (это относится только к птицам, самостоятельно их строящим), то оно не занимается, каким бы хорошим ни было. Птицы обязательно строят новое. Это же относится к насиживанию яиц, выкармливанию птенцов.

Стремление к удовлетворению инстинктивных потребностей очень велико. Учёные давно обратили внимание на постоянные ошибочные реакции животных в опыте, когда искусственно создавалась необычная ситуация и для достижения желаемой цели нужно было не инстинктивное, а разумное поведение. В уже упоминавшейся книге Н. Тинбергена есть интересный рисунок: чайка стремится насиживать искусственное яйцо огромных размеров. На другой фотографии изображена птичка кардинал, кормящая золотых рыбок в аквариуме. У этой птицы было разорено гнездо. Ранее уже отмечалось, что некоторые виды, такие, как наши кукушки или американская воловья птица, используют инстинкты в своих целях, подкладывая яйца в чужие гнезда. Как правило, таким путём они добиваются желаемых результатов. Правда, в США и Канаде трупиалы всегда узнают яйца воловьей птицы и выбрасывают их из своих гнёзд.

Анализ паразитизма интересен с точки зрения оценки соотношения между врождённым и приобретённым. Эта форма поведения выражается не только в подкладывании яиц в чужие гнезда. Многим видам присуща склонность к грабежу и разбою. В этом легко убедиться, наблюдая за домашними курами. Вот одна из них схватила кусочек хлеба и устремилась в сторону. Это сразу же вызывает реакцию преследования у находящихся рядом подруг, причём даже при обилии корма. Создаётся впечатление, что одна из главных их заповедей — догони и отними. Вот одна синица задержалась и, сидя на ветке, что-то расклёвывает. Её сгоняет другая, более сильная. Так же ведут себя вороны, сороки. Отнимают пищу пернатые и у особей другого вида, причём некоторые птицы проявляют прямо-таки склонность к грабежу. Особенно ярко выражена она у чаек. На Ангаре неоднократно приходилось наблюдать назойливое преследование ими больших крохалей — рыбоядных уток. Выныривает крохаль с рыбкой в клюве, отдышаться и оглянуться не успел, как тут же на него обрушиваются одна.-две атакующие чайки. Растерялся на мгновение — и вот уже рыбка в чужом клюве. Впрочем, по отношению друг к другу крохали ведут себя не лучше. Эта склонность получила название клептопаразитизма — мании к воровству. Отнимают корм чайки не только у водоплавающих, но и у «сухопутных» птиц. Так, описана их кормёжка за счёт чибисов, у которых они из клювов вырывали дождевых червей. Постоянно отнимают добычу у своих сородичей хищные птицы.

В большинстве случаев, но отнюдь не всегда, инстинктивные поведенческие реакции целесообразны. Например, эти реакции заставляют воловью птицу подкладывать яйца в чужие гнёзда. Но если хозяева отличают чужие яйца от собственных, целесообразность такого поведения исчезает. Врождённое поведение, как и другие приспособления, не есть что-то застывшее. Оно также меняется, но медленно. В процессе этих изменений на какое-то время приспособление может становиться неэффективным.

То, о чем сейчас было рассказано, представляет собой лишь общую схему. В ней масса невыясненных вопросов. Многие реакции приходится описывать неточно: «птицы обычно делают то-то, редко — другое» или «реакция имеет ограниченное распространение» и тому подобное. В целом поведение птиц можно представить в виде сложной системы взаимодействующих механизмов. Рассмотрим наиболее важные из них.


К оглавлению

Рябинник / Turdus pilaris
Рябинник
Turdus pilaris
Fieldfare
Большой пёстрый дятел / Dendrocopos major
Большой пёстрый дятел
Dendrocopos major
Great Spotted Woodpecker
Тетерев — Lyrurus tetrix

Тетерев

Lyrurus tetrix

Black grouse

Клинтух — Columba oenas

Клинтух

Columba oenas

Stock Dove

Белопоясный стриж — Apus pacificus

Белопоясный стриж

Apus pacificus

Pacific Swift, Fork-tailed Swift, Northern White-rumped Swift

Том 1. Птицы СССР. История изучения. Гагары, поганки, трубконосые

Том 1

Птицы СССР. История изучения. Гагары, поганки, трубконосые

Том 6. Птицы России и сопредельных регионов: Сово­образные, Козодое­образные, Стриже­образные, Ракше­образные, Удодо­образные, Дятлообразные

Том 6

Птицы России и сопредельных регионов: Сово­образные, Козодое­образные, Стриже­образные, Ракше­образные, Удодо­образные, Дятлообразные

Том 7. Птицы России и сопредельных регионов: Пеликано­образные, Аисто­образные, Фламинго­образные

Том 7

Птицы России и сопредельных регионов: Пеликано­образные, Аисто­образные, Фламинго­образные

Винтажная галерея


Птицы — удивительные, ни на кого не похожие существа. Они живут соразмерно своей природе, глубоко чувствуя себя и свой ритм, не обращая внимания на чужие мнения и ожидания.

Свиязь — Anas penelope
Свиязь
Anas penelope

Что отличает птиц от всех других существ? Чудо полёта — так, наверное, скажут многие — присущая им великолепная и завидная способность словно бы без всяких усилий отрываться от земли, проноситься над необъятными просторами суши и воды, а затем вновь опускаться на землю в местах, более удобных для жизни.

Но спросите о том же орнитолога или просто любителя птиц, и они почти наверное скажут: перья — вот тот единственный признак, который присущ только птицам и никакому другому живому существу. Собственно говоря, именно перья, за миллионы лет развившиеся из чешуи пресмыкающихся под воздействием эволюционных процессов, и сделали возможным птичий полёт.


Современные представления о родстве между птицами базируются на основе сходства не только между отдельными генами и их комбинациями, но и всего генома. Дальнейшее развитие этого направления видится в изучении всё большего числа геномов от птиц разных видов, ведь именно от этого во многом будет зависеть форма ветвления полученного филогенетического древа.

Яйца птиц совершенны во многих отношениях. Им приходится быть такими, потому что птицы откладывают и высиживают их в почти невероятном разнообразии условий разных мест обитания и ситуаций — от полюсов до тропиков; в средах влажных, сухих, стерильных и переполненных микроорганизмами; в гнёздах и без них; обогревая теплом собственного тела или не пользуясь им. Форма, цвет и размер яиц, а также состав их желтка и белка — всё это составляет самый необычайный набор приспособлений для выживания.

2011–2022. Птицы России и сопредельных регионов.
Новое фундаментальное руководство по птицам России

Cайт носит исключительно информационный характер.
Аудитория — 12+